Произведение «Хранитель тайги Илья 2 глава» автора Иван Мазилин - Литературный сайт Fabulae (страница 1 из 2)

В кабинете трое. Майор и два лейтенанта. В штатском, но на вешалке две фуражки форменные болтаются и куртки с погонами… и видавшая виды кепочка.
Старший следователь Шур Павел Петрович. Маленький, плотненький и, в свои сорок пять, лысый совсем… «экономия на парикмахерской», называется. За подвижность сослуживцы за глаза «Шариком» кличут, а так просто – Петровичем. Не обижается и про себя думает: «да хоть горшком, только не ночным…». Прямо из армии в училище… и пошло-поехало. Женился тоже в армии, привез в Москву казачку из-под Краснодара, и вот так двадцать пять лет. Ребятишки, пацана два, Колька и Васька, скоро уж школу закончат. Мать воспитывает, отец по редким выходным дневники просматривает да пыхтит над давно забытой алгеброй, когда у пацанов под ответ что-то не сходится. Да, компьютер, наконец, бэушный купил, сам иногда по полночи в игрушки разные…
Лейтенант Горшков. Просто Саня. Год как из училища. Задумчивый, но на подъем легкий. Больше по технике – с журналами да с книгами постоянно – от компьютера не оторвешь… Холостяк. Видный, высокий, цыганистый. Девки заглядываются, а он вроде как стесняется… бывает такое. Но в технике силен, черт.… Вот и теперь по интернату «гуляет».
Ну и Лобов Виктор. Этот уже старшой. Бабник и выпить не дурак, но меру знает. Вот и сейчас какое-то «порно» листает, на стуле качаясь. Невеста у него Светлана, студентка пединститута, то уходит, то приходит. Шур ему, - «женись, нечего девку мучать…» А он, - «куда она денется, подождет… погулять охота еще…». И потом, куда жениться, когда кроме комнаты в общежитии, ничего за душой у обоих, а квартиру обещают не скоро.
Этот на интуиции работает. Все, какие есть, детективы перечитал. Хоть плюется и хохочет – «ни черта эти писаки в наших делах не смыслят». Но читает.
Вот такая команда. И уже больше года вместе.
На дворе март. Солнце в окно, за зиму серое от пыли, лупит. В открытую форточку слышно, как голуби «загулили» на соседней крыше, уже свободной от снега и сухой. Воробей сел на подоконник и расчирикался. Виктор от журнала с голыми задницами оторвался, и рот на него раззявил в улыбке. Саня, от монитора не отрываясь, за ухом чешет и тоже лыбится… Весна, в общем, дело молодое.
А Шур пятый листок марает… отчет о проделанной работе… усами своими «моржовыми» шевелит и рот «куриной попкой» складывает. Потом последний лист комкает и в урну… ну, не получается гладко, как хотелось бы. На стуле откидывается и по карманам шарить начинает. А сигареты-то вот они, на столе, возле пепельницы… Да, но к ним тянуться надо…
Звонок по внутреннему. На выезд. Не торопясь, собрались, книжки-журнальчики-отчеты по ящикам, сигареты в карман, куртки с вешалки… и «по коням». По коридору протопали. По пути Светлану Николаевну с Игорьком захватили и на улицу.
Ручьи бегут, сверкает все и звенит – оглохнуть можно, а тут «Рафик» уже у подъезда и Сергей водила, заспанный - только глаза успел продрать - в машине спал.
Через десять минут уже на месте. Омоновцы в оцеплении, ленту натянули, движение перекрыли. «Скорая» стоит, но, похоже, без дела она тут, перевозка нужна.
Занырнули под ленту и подошли.
Форд новенький, чистый на проезжей части. А на узеньком газоне, между мостовой и тротуаром, «жмурик» лежит, в небо голубое удивленно смотрит, не мигая. Развалился как пляже, широко в стороны руки раскинул, в одной руке мобильник зажат. Со стороны можно подумать, загорает человек, если бы не дырка между глаз, в том самом месте, где индуски себе чего-то там рисуют…
Пока Светлана Николаевна фотографирует, в стороне постояли, по сторонам глазами пошарили, покурили.
Первым Виктор выступил.
- Поздравляю, мужики. Пятого дождались. Какое сегодня число? Девятнадцатого только «мочит»… Опять нам по погонам стучать начнут, Петрович.
- Ты бы, Витек, лучше кругами-то походи. Прикинь, откуда «шмолял», а ты, Саня, «мобильничком» займись… ну и пошарь там… пойду, с мужиками поворкую.
Подошел к машине ГИБДД. Дверца передняя как бы сама собой открылась, приглашая. Сел. На заднем сидении два сержанта бутерброды жуют и кофе из термоса допивают.
- Докладывайте.
- Старший сержант Пименов… Э…?
- Майор Шур.
- Товарищ майор, такая вот картинка, сами видите. Переулок тихий, узкий. Если за час пара машин проскочит, и то ладно. И народ обходит по дворам, грязновато еще – зимой слабо убирали…
- Это все лирика. Ты случаем, стихи не пишешь? Ближе к телу.
- Случайно проехали… В 14.50. Как увидели, что этот лежит, тормознули… потом позвонили сразу и все…
- Свидетели?..
- Какие свидетели. По другой стороне бабка шла с сумкой, да ребятишки из школы пробежали и больше никого.
- Не густо. Протокол в управление… ну и все. Ничего не трогали? Как увидели, что… думаю, ближе полутора метров не подходили.
- Ну, служите дальше. – И вышел, дверцу аккуратно прикрыл. Кепочку «лужковскую» приподнял, лысину погладил… а тут и Саня подошел.
- Петрович… Номерок последний снял. Выясню. Теперь так. Документы вот. Права только. Фролов Геннадий Владимирович. Визитки разные…
Опять к машине обернулся, и снова дверца как бы сама… по заказу.
- Мужики, запросите, кто таков… - права передал.
- А мы уже. Вот ответ дописываем
- Молодцы, доложу при случае.
- Да ладно, чем можем. Держите, товарищ майор. Машина на жену записана. Там и адрес. И дом его. Да вот этот, перед вами. Квартира… 45
- Значит, живет здесь… жил… уже неплохо. Где Лобов?
- Куда-то в тот двор пошел…
- Слушай сюда. Я с одним омоновцем поднимусь… заканчивайте здесь… перевозку давай, машину в управление, там смотреть будем… оцепление сними, ну и все остальное. Через час в кабинете.
Пошел к омоновцам, что в оцеплении. Сержант с парнем каким-то треплется. Отметил про себя – «выше среднего, темно-русый с «хвостиком» почти до лопаток, в курточке легкой, не по погоде». Показывает, как объехать можно… еще отметил… чего тут объезжать… если надо, через любой двор и все. Жигуленок старенький, красный. Шестая модель. Развернулся и обратно поехал, до угла и направо, «а сержант, вроде, объяснял – налево… так, на всякий случай, номерок… 612 и буковки… областная».

Как назло, лифт не работает. Лифтовая дверь на втором этаже открыта, и по шахте матерки летают. Пока до шестого поднялся, задохнулся. А этот, сержант с автоматом, сзади топает, как робот какой, ступени методично считает ботинками. Эх, опять надо начать заняться по утрам, отяжелел…
В дверь звонил долго, собрались уходить…
- Каво вам? – за дверью
- Милиция – удостоверение в глазок…
- Ну, наканец-та. Мово пришли брать? Давно пора!
Открыла «фифочка» такая, блондинка недокрашенная, лет двадцати пяти, встала в дверях… под шафе прилично.
- А вы, кто будете?..
- А че?.. Фролова Людмила… Вы за Генкой? Так он на работе… а может, к дряньке своей поехал… могу телефончик дать.
- Все, отъездился… Пройти-то можно?
- Валяйте. – К окну на кухне подошел, вниз выглянул. Труп уже упаковали…
- В окно давно глядели?
- А че я там забыла…
- Могли бы попрощаться со своим… мужем
- Грохнули, че ли?.. то-то два месяца нэрвный такой бегал. Трахать перестал…
- Ладно, разберемся. Завтра ко мне зайдите. Вот адрес. Майора Шура спросите
- Как, как?
- Шур. На визитке прочтете. В 10.00… или нет… в 11.00. До встречи.
- Майор, может по «капочке». Посидим – поболтаем… опять же… помянем.
- Вашего мужа часа два назад…
- Козел он и кобель. Туда и дорога… Что думали, в истерику грохнусь?… Да я сама его сегодня чуть утюгом не пригрела… утюг стало жалко, рвань поганая…
Вышел. Сзади дверь громыхнула. Плюнул с досады, закурил и пошел. Теперь сержант впереди башмаками грохает.

- Хватит базарить… думай сюда. – Шур встал из-за стола и забегал по кабинету…
Второй час спорили, концы с концами