Те священные символы об элементах вселенной полны божественных секретов Осирис. Возвращаясь на небеса, Гермес, навел на них чары и произнес: "Этим тайным пластинам и камням не страшны ни заклятия магов, ни время, ни мелочное властолюбие людей. Они сохранятся века, нетленными во времени. Они станут невидимыми для алчных и завистливых, непонятными для одержимых злом и откроют мой завет лишь тогда, когда люди обратятся взором к старым небесам, название которым душа человеческая".
(Отрывок из рукописи Трисмегиста "Дева Мира")
Илья
1.
На электронном будильнике 20 марта 02. 04-10. Голова стальным обручем. В темноте босиком едва успеваю добежать до туалета… рвет долго, всего выворачивает, как обычно рано утром, после «перебора». Потом, уже совсем без сил, на краю ванны сижу, в умывальнике ладони водой горячей… и к голове. Глаза поднимаю к зеркалу. Губной помадой, поверху: «Позвони. Ната.». И номер телефона легкий, запоминающийся.
Какая Ната?.. Не помню. Что-то вчера…
Поплелся в коридор, дверь проверил. Ключи на месте. На всякий случай засов задвинул. Свет в прихожей зажег – вроде все в порядке. В комнате пиджак с трудом нашел, на диване скомканный. Документы на месте. В бумажнике вроде бы тоже, хотя нет, вот - пятидесяти баксов не хватает… или забыл.
По второму кругу к толчку припал… сел на пол холодный рядом, вспомнить попытался, восстановить этот… «пропуск».
Так. В 14.25 «дело» сделал. В 15.03 уже на Таганке сидел, в «Сказке». Потом… что потом? Да, прокатился, трезвый еще был, мимо адресочка «по делу»… разборка полета еще шла - огорожено все, зеваки толкаются. Подошел, поинтересовался у сержанта. Тот жвачку сплюнул, закурить спросил, - «да грохнули тут одного… ищут, кто - откуда». Потом, все, как обычно. На Можайску поехал… к «китайцам». Это там «нагрузился». На обратном пути, на Аминьевке… девчонку посадил… и все. Дальше ничего не помню, хоть убей. Как домой попал, как вообще за рулем, как что – напрочь.
К окну потащился. Шестерочка старенькая на месте, порядок.… А вот во дворе что-то не порядок - машин многовато. Одна – милицейская с мигалкой на крыше, а у соседнего дома рафик с зажженными фарами… вот, выключили.
От окна отскочил, голову сразу продуло. Соображай быстро – что, где, когда?.. Неужели на клофелинщицу попал? Не должно, давно бы уже повязали». Запоры еще раз быстро проверил, только потом догадался наружку включить. Точно, «гости» приехали, скоро пожалуют, вот уже из Рафа выходят. Быстро «счетчик» заработал… 3-5 минут до дверей квартиры, 10-15 на двери, если с инструментом. Это хорошо. Главное, не метаться. Спокойно. Рано или поздно должно было… ну, вот теперь и «поиграем». Не знаю, как у вас, господа, а у меня все готово к «приему»…
Из шкафа, из-под тряпок, два дипломата… в ванную. Чистую простыню на пол и всю одежду, какую только нашел по комнате, на нее. Из тумбочки прикроватной ящик туда же вытряхнул. Простынку в узел и тоже в ванную. И ящик туда же…
Звонок в дверь. Точно – пять минут… спокойно.
Стремянку тихо из туалета в ванную поставил. Влез. Один квадрат потолочный поднял вверх, с трудом откинул в сторону. Керамзит немного посыпался – пусть. Размахнулся, сколько мог, ящик на чердак зашвырнул в сторону. Потом сбегал в комнату, с кровати стянул простыню и тоже закинул в дыру. На пол лег, ноги под ванну, а руками уперся в стену. Под ванной нажал сильно на стенку…легко пошла. Дипломаты, узел – под ванну… еле просунул.
Звонок все трезвонит. На наружке человек, пять в масках и бронежилетах. Это на одного-то… смело. Компьютер разорил, и опять в ванную. Дверцу под мойкой открыл, из-под сифона конец лески достал и петельку на ручку дверную… предохранитель осторожно снял. Пополз под ванну, спиной о чугун, обдираясь… черт, надо было еще, на пять сантиметров выше делать… и дипломаты мешаются.
На той стороне в темноте вынырнул… вещички собрал и в сторону отложил. В «гаване» свет включил, кусочек стены на место задвинул, и штыри арматурные в пазы пристроил – вроде все на место встало… плотненько. На всякий случай… баллончик пены монтажной тряхнул и по щели прошелся слегка. Так, чтобы на ту сторону не вылезла.
В зеркало на себя взглянул. Видок, надо сказать. Да… ничего, отмоемся…
В комнату прошел и уже здесь наружку по полной программе врубил… звук на наушники… ну, что, орелики, – взяли? Кишка тонка… а соображалка еще хуже того. Наушники надел, звук погромче сделал…
Все молча делают, знаками сообщаются. Ага, ключи подбираем… ну, так там еще засовчики на все четыре стороны.
И опять затошнило… одна желчь идет. «Чем же это меня узкоглазые накачали?..». И голова по новой, или по старой… все едино.
На кухню прошел, проверил жалюзи. В холодильник залез, - полненький, под завязочку… и тут только сообразил, что замерз совсем, нагишом уже минут двадцать…
Банку пива взял, пошел в комнату, «станлей» открыл.
Трусы, майку белье теплое серое надел (этикетки оторвал) и носки шерстяные черные. Пиво открыл и опять к экрану с наушниками.
Восемь экранов параллельных на мониторе. На чердаке ничего, только далеко свет пробивается, догадался – свет в ванной не выключил - простынка белеет. В пятом подъезде бомж постоянный спит, во втором – тихо, а в первом, моем, бывшем… «кино». К тем пятерым еще двое в штатском подошли. Домкрат притащили, выжимать дверь будут… Соседку, одинокую старушку, что рядом живет, разбудили, уже докладывает:
- Девушка его притащила… в двенадцать что ли… шумел, когда она у него по карманам ключи искала. Я в «глазок» видела… совсем пьяный был. А так, никогда ничего за ним не замечала… тихий, вежливый. Всегда поможет, если что… Чего натворил-то? Чего охотитесь с ружьями?…
- Да, маманя, проверка просто…
- Как же, проверка… дверь хотите ломать… она денег стоит.
- А не открывает сам.
- Как же он откроет, если в стельку…
- А девица?
- А что девица?.. Ушла она… часа ночи еще не было… слышала, как дверью-то громыхнула.
- Мусин. Почему не доложил? Проворонили…
- Так, товарищ майор… пьяный он и есть… куда…
- Девицу! Елки-моталки…
- Так приказа…
Ниже майора не опускаемся… смотрим дальше.
Все. Выдавили. Вместе с коробкой… эти пятеро вперед по одному. Свет врубили… один за ручку ванной. Грохнуло и полыхнуло, стекла посыпались. Дверью того к стене…
Полыхнула канистрочка маленькая, и электричество вырубило, кажется во всем подъезде…
Все. Пока «фильма» кончилась. Можно отдохнуть. Прошел в ванную, посмотрел. Стенка на месте. В одном месте дымок… туда еще пены немного.
Все, надо спать. Утром думать и решать будем. Все равно пока вылезать нельзя – вокруг дома, небось… силков и капканов понаставили.
На чердаке светло. Горит неплохо, но пожара не будет. Аппаратуру выключил, все равно ни черта не видно. Пиво допил, чуть полегчало. Под одеяло нырнул, новое… только хотел подумать… где и когда «прокололся»… да не успел, провалился в сон, словно в пропасть, какую черную…
До села Терентьевка, по сибирским меркам большое – до сорока дворов, если подняться по распадку да перемахнуть через сопку, может часов двенадцать, а то и все два дня пути, это кто как ходить по тайге умеет. А если по воде - то по Таголке вниз до Енисея больше часа, да вверх по течению, почитай часов шесть, если, опять же, с мотором. Вот потому редко кто заглядывает к Роману Соломину на его зимовье. Иногда так и целый год ни одного человека нового…
- Еще дед Илья, перед войной, года за три, как пошли по Сибири колхозы, да лесхозы, ушел в тайгу с женой Марьюшкой – бабка твоя, стало быть, да со мною, десятый годок мне шел. Марьюшке понравилось это место с большой поляной да перекатом речки, опосля которого Таголка уже спокойная до самого Енисея. С весны до поздней осени, сруб поставили большой, капитальный. Благо, по всему краю поляны сосны, как на подбор ровнехонькие… до сих пор кой, где еще пеньки гниловатые остались, и по этим пням по осени, грибов не счесть… Зиму-то в землянке пережили, на следующий год в новый дом въехали. Так вот и жили, хозяйничали… зверя добывали.
На войну деда все же забрали… С конвоем. Обещал врагов пострелять, да к весне и возвернуться. Да не вернулся… ни к весне… ни… «смертью храбрых, за Родину…»
Марьюшка извелась вся, да в аккурат, ко Дню победы и помёрла…
Мне еще и семнадцать не было. Сходил в Терентьевку да жену привел – Вареньку. Вдовая она была… много тогда вдов-то после войны одни маялись…
[i]Все девочки рождались, а потому с армией меня не трогали, али забыли, шут их знает. Девочки только не жили долго, что-то болели и умирали… А Вареньку, жену, стало быть, медведь
 |
| Помогли сайту Праздники |
При цитировании ссылка на сайт обязательна. Exsodius 2008 - 2026
18+