— Дальше просто. Берём мел. Рисуем на воротах расписание. Первый урок — читать вслух. Я принесу книгу. Второй — рисовать карту двора и комнат. Третий — отдыхать и слушать, как дом шуршит. Этого хватит, чтобы все поняли, куда пришли. Ну, расписание временное. Пока настоящая школа к тебе не переедет.
Я вспомнил о женщине, которая тут живёт.
— Но будет шумно, — сказал я. — Ей может не понравиться.
Она подумала и ответила просто:
— Взрослым всегда шумно. Даже если тихо. А дети — это другой шум. Он как дыхание. С ним легче, чем без него. В крайнем случае, выращу для неё мансарду. Ей понравится.
— Взрослым всегда шумно. Даже если тихо. А дети — это другой шум. Он как дыхание. С ним легче, чем без него. В крайнем случае, выращу для неё мансарду. Ей понравится.
Я поднялся.
— Завтра приведу двоих с соседней улицы. Которые махали тебе рукой. Остальные подтянутся сами. Весной новости разлетаются быстро. Алла так говорит.
Она кивнула. Теперь уже как хозяйка места с именем. Но вдруг обеспокоено спросила:
— А если детей будет много? Я же небольшая.
Я пожал плечами:
— Тогда и ты станешь больше. Это же школа. Когда-нибудь у тебя появится ещё один этаж. А потом, если нужно, и ещё что-нибудь. Спортзал, например. И чердак со старыми вещами. Чтобы хватало места бегать и прятаться.
— Тогда и ты станешь больше. Это же школа. Когда-нибудь у тебя появится ещё один этаж. А потом, если нужно, и ещё что-нибудь. Спортзал, например. И чердак со старыми вещами. Чтобы хватало места бегать и прятаться.
Я представил, как на следующий год дети будут носиться по лестницам, играть в прятки, а она — смеяться вместе с ними. И дом действительно поднимется выше, будто вытянется в рост вместе со своим классом.
***
Вечером я вернулся домой. Алла уже хлопотала на кухне, Тим что-то писал в своей толстой тетради.
— Ну? — спросил он, даже не поднимая головы. — Как там Девочка?
— Теперь у неё есть имя, — сказал я. — Вита. И скоро будет школа.
Алла обернулась, прищурилась:
— Школа?
— Школа?
— Да. Ей нужны дети. Чтобы её видели. Тогда она живая. А если детей много — она вырастет вместе с ними.
Тим всё-таки поднял глаза и посмотрел прямо на меня. У него был такой взгляд, как будто он понял больше, чем я сказал. Потом кивнул и вернулся к тетради.
Алла засмеялась, но без насмешки:
— Школа Виты. Хорошо звучит. Только смотри, сам не прогуливай.
— Школа Виты. Хорошо звучит. Только смотри, сам не прогуливай.
Я был доволен. Потому что впервые чувствовал: у меня тоже есть своё «задание» в этом городе. Настоящее. И я тут тоже нужен. Почти как Тим или Алла.