Валера гнал не сильно, шоссе было свободно, желающих провести выходные на дачных участках совсем было мало – погода не располагала. Мало помалу, Ольга примолкла и скоро засопела, уткнувшись в уголок. И с полчаса ехали молча. Нарушил молчание Валера
- Леш, ты как сам-то думаешь дальше? Не все же в бегах? Запыхаешься…
- Не знаю. Не знаю, что и делать. Может, через пару-тройку дней пойду сдаваться.
- Ну и навесят на тебя. Им же галочку надо поставить… плюсик о раскрытом преступлении.
- Да, тут ерунда какая-то. Посуди сам, стал бы я в собственном подъезде мокрушничать? Это основное мое алиби.
- Хреновое алиби, когда ствол с твоими отпечатками. Ты хоть этих жмуриков знал?
- Да прямо подо мной жили. Встречал, здоровался и все. Ну, еще родители мои с… Анной ее звали.
- Короче. Непонятно, зачем они тебя притягивают? И кто заказчик? Кому этот помощник депутата дорогу перешел? Сплошные непонятки.
- А еще короче, надо мне прямо на Петровку идти. А до этого про следователя Смирнова выяснить…
- Ты думаешь, мент-оборотень? Это по теперешнему времени даже модно.
- Не знаю, надо подумать. Может еще выяснится, за что Власенко шлепнули. И еще… очень уж странные киллеры там были. Я этого Смирнову не сказал.
- Чем же?
- Вроде спектакля устроили. Вырядились, словно хотели, чтобы их всякий свидетель смог хорошо запомнить.
- Как это?
- Один под Мефистофеля косил, а другой, прямо Пушкин вылитый, в крылатке и… не помню только, был у него цилиндр или нет, стрелять начали. А этот «черт» длинный за мной гнался. Меня с раненой рукой запросто мог бы догнать.
- Блин, ты не знаешь еще своих возможностей, Леха. Когда от задницы паленым начинает вонять, можно такой спурт развить, мировые рекорды все рухнут.
- Если только…
- Ладно, на даче у меня отсидись немного, а потом что-нибудь придумаем. Я ребят своих поспрошаю, может, кто и сможет, сей краксворд раскусить. Только домой пока тебе не надо. Я думаю, что те, кто хотят тебя подставить, позаботились к тебе наведаться, да и еще чего-нибудь напакостить.
- Вполне.
- Мне днем Лелька про тебя сказала. И я кое-чего успел выяснить. Во-первых, вспомни, когда тебя зацепили?
- Что-то возле часа ночи, может чуть больше, а что?
- То. Привезли тебя в больницу в четыре утра. А в час двадцать ночи тебя в том подъезде уже не было. Понял?
- Откуда ты?
- От верблюда. Походил я, поспрошал жильцов. Мужичек из дома, что напротив того подъезда случайно выглянул в окно, проверить наличие собственной тачки. И видел, как тебя увозили. И было это в час двадцать. И где ты был два часа с хвостом, того не ведомо. И какого черта тебя со Сретенки повезли во Мневники? Рядом же «Склиф»?
- Ты как это все накопал?
- В новостях показали место событий. Я и дернул туда. Потом подумал, и представил себе, как бы это я убегал… и «побежал»… пешком, конечно. Нюх у меня собачий, понял. След твой взял.
- А ты мне не заливаешь?
- А пошел ты… тебе, кстати, сны не сняться? Не сняться сны, что ты, например, собака?
- Как ты угадал? Самое последнее время…
- То-то. Жизнь такая стала – люди озверели, собаки очеловечились… в стаи формируются, скоро свою партию создадут. Ну, и происходит… происходит какая-то замена. Может даже на генетическом уровне. Я, между прочим, собачий доктор, вот – кинолог и ветеринар. Поэтому Лялька за меня не хочет идти замуж, не хочет с собачником жить.
- Эй, боксер переросток, тормози - словно почувствовала, что о ней речь, встрепенулась Ольга. - Тормози, говорю. Ваша сучка хочет присесть под кустик. А то салон описаю.
Пришлось остановиться. Только Ольга села в машину снова, как от Дмитрова мимо них проскочила пожарная машина со своей сигналкой на крыше. Когда уже сворачивали с шоссе на бетонку, ведущую через небольшой лесок к садовому товариществу «Прогресс», увидели столб дыма и небольшое зарево.
- Кажется, у нас что-то горит. Только бы не наша дача – протянул Валера
- Куда ты нас затащил? Гарь будем теперь нюхать вместо соснового воздуха.
- Не переживай, Лелька, дождичком все прибьет, отлично отдохнем.
- Отдохнем-то отдохнем, а жрачку ты догадался захватить? Я понимаю, что тебе одной обглоданной кости хватит, а как же я? Как же наш раненый, ему усиленный рацион нужен, витамины.
- Лялька, ты вот меня все обижаешь, обижаешь… а все терплю, терплю.
- А может, я как раз и жду, когда твое терпение лопнет, и ты отлипнешь от меня. Надоел – сил нет. И не смотри на меня своими собачьими глазами – терпеть ненавижу… на дорогу смотри… и не жди, не пожалею, за ухом не почешу.
- Вот, видишь, Алексей, что делается. К ней со всей, какую только можно представить преданностью, а она тебя по мордам, по мордам… не, ребята, не мы горим, слава Аллаху. Вот только по нашему проезду мы не поедем, навстречу пожарка пойдет – не разъедемся. Я, пожалуй, вот сюда приткнусь. Пройдемся пятьдесят метров и через соседский забор… у-гу?
- Ладно, Белый Клык, веди нас. Я прощаю тебя.
Валера, конечно, потащил две огромные сумки, вынутые из багажника. Нес их легко, как пушинки, и Алешка еще раз для себя отметил – «не, не соперник я ему, кишка тонка». Валера снял кусок сетки рабицы, и когда прошли на территорию соседней дачи, так же ловко восстановил загородку. Между участками загородки не было. Вместо нее плотной стеной стояли заросли смородины. Пока лезли через эту живую ограду, промокли основательно.
В дальней комнате дачи горел свет. Валера недоуменно остановился так внезапно, что Ольга, шедшая следом, машинально ткнулась носом в его спину.
- Это что же получается? Или я осенью забыл выключить свет, или у нас гости непрошенные. Будем посмотреть.
И снова уверенно зашагал к домику. По хозяйски достал из кармана ключи, долго вспоминал, какой же должен быть именно от входной двери. Наконец, нашел и открыл замок.
В маленькой прихожей… скорее даже не в прихожей, а в большом тамбуре, тоже горел свет.
- Э-эй!.. Живой кто есть? Выходи знакомиться с хозяином этого чудного бунгало. Если хорошим человеком окажешься – пожалею, а нет…
- Валерка, да нет здесь никого. Просто ты осенью лопухнулся. Представляю, сколько электричества за зиму нагорело.
- Если нет, то… не, человеком пахнет, носками грязными воняет, слышишь?
- Не слышу я ничего.
- Проходите гости дорогие. Чувствуйте себя как дома.
Оставил пока сумки в этом тамбуре и распахнул дверь на кухню. Потом быстро прошел по всему дому, зажигая, где только можно свет. Открыл самую маленькую угловую комнатку, остановился на пороге и замотал головой
- Ребятки, все же гость есть. На моем компьютере работал, даже не выключил. Неужели смог? На этой каменоломне, не то, что работать, вшивенькую игрушку типа «косынка» не сыграешь. И недавно еще здесь присутствовал – вон барахло свое здесь держит, капитально устроился и… судя по всему, давно уже здесь обитает, всю комнату провонял. Лялька, а на кухне, как там?
- Холодильник фурычит совсем пустой, газа нет… ура, вода есть… только ржавая очень, посуда грязная, ведро мусорное полное. Что еще сказать?
- Я думаю, что какой-нибудь бомж поселился. А сейчас, в данный момент, побежал на пожар глазеть. Это все ничего. В другие комнаты вроде бы не лазил – деликатный бомж, я бы даже сказал – интеллигентный.
Во все это время разговора они и не заметили, что Алексей отсутствует. Когда же, наконец, это обнаружили, то нашли его спящим сидя в тамбуре на какой-то пустой картонной коробке, которую он уже изрядно продавил. Валера слегка потрепал его за здоровое плечо.
- Эй, Леха, я тебя в гости пригласил, а ты… - дальше он не нашелся что сказать. Просто поднял его с коробки и повел полусонного в комнату.
- Короче. Лелька, ты материал перевязочный, шприцы и все такое захватила?
- Да еще вечером тебе же в сумку и положила, разуй глаза-то.
- Так. Вспомнил, точно. Делаем так. Тебе готовить ужин… или все же завтрак, а я перевязкой займусь, и чем-нибудь укреплю этот организм… потом будем спать.
- Не выйдет. Ты хозяин, ты и готовь, а перевязка это моя обязанность. И вообще, это мой больной, и я за него несу моральную и… всякую ответственность. Доволен?
- Ладно, только если за едой я услышу в свой адрес упреки кулинарные – будешь спать под дождем.
Пока готовился ранний завтрак, пока делалась перевязка, совсем рассвело. Пожарная машина давно уже уехала, но с пожара непрошенный гость не возвращался. И о нем постепенно как-то даже и забыли. После вполне сносного завтрака, приготовленного на электрической плитке и состоящего из огромной яичницы из дюжины яиц с мелко порезанной колбасой и сверху прикрытой нарезанными помидорами. Чая с прошлогодним вареньем черной смородины со слегка поджаренными ломтиками хлеба.
[justify]Алешка едва-едва пожевал немного и снова заклевал носом. Быстро соорудили постель и его уложили. Ольга тоже ела очень мало, так что большая часть завтрака досталась Валерке. Еще за завтраком Валерка, впрочем, весьма прозрачно, намекал на «ложе», но спать ему пришлось в одной комнате с Алешкой, а Ольга заняла диван в самой большой комнате,
Но еще повыкладываю...
Спасибо! В общем, я начала соображать, хоть и
написали Вы задом-наперёд. Приходите и Вы ко мне
в гости - послушать песни. Есть неплохие. И стихи
есть и проза - буду ждать. До завтра.
С уважением,
Татьяна.
https://fabulae.ru/poems_b.php?id=176962