* * *
В мае 1809-го Наполеон во второй раз осаждал Вену.
В пригороде столицы, в Виндмюле, жил старший из композиторов Венской школы – Йозеф Гайдн.
Прилетело, разорвалось рядом с домом. Основательный в жизни и творчестве сын каретного мастера успокаивал домочадцев:
«Не бойтесь, дети мои: там, где Он, не может случиться ничего плохого».
В этом не было театральности. Незадолго до того засел за неоконченный струнный квартет, и стало получаться как в прежние годы. И вновь повеяло Его присутствием. Он слушал. Не может это быть прервано так банально...
Пришли французы. Образованный офицер Клеман Сулеми, не чуждый музицированию и вокалу, чтобы утешить пожилого классика, спел арию из его оратории "Сотворение мира".
"Спасибо, – сказал по преданию Гайдн, – но ваш артиллерийский аккомпанемент никуда не годится".
* * *
Мне повезло побывать в гостях у Риммы Фёдоровны в октябре 1999-го – взялся привезти некоторые материалы от организаторов мероприятий в честь 200-летия Пушкина.
"Второй этаж, конечно, низко, Зато к траве бессмертной близко И к пешеходам под окном... " (Р. К. ).
В квартире на улице Чаянова везде были живые цветы – в напольных подставках и вазах.
Главное впечатление от общения с Казаковой – её демократичность. Сидят запросто на кухне, пьют чай живой классик и финалист студенческого конкурса, издавший одну тощую книжку. Как-то забывалось, что передо мной признанный автор сильных, прекрасных стихов, многих книг, нескольких сверхпопулярных песен, которые напоёт каждый, глава Союза писателей Москвы, звезда шестидесятников. Просто интересный старший собеседник, рассказчик с неиссякаемым запасом историй.
Набрался духа, попросил сказать несколько слов о моей подборке – и на это нашлось немного времени. А ведь у первого секретаря СП забот...
Она и Клуб одного стихотворения в Малом зале ЦДЛ так вела: каждый желающий без предварительной записи мог выйти к микрофону и получить "минуту славы", прочитав свой опус. Не терпела только откровенную графоманию.
Римма Фёдоровна любила работать с молодёжью. На этой тесной кухне на Чаянова бывали очень многие, и не один начинающий стихослагатель получил "благословение".
Вела семинары в Переделкино, работала в жюри многих литературных конкурсов. Откуда только брала силы, чтобы отдавать себя людям!
Пока мы разговаривали, телефон звонил много раз: Казакова была нужна всем. Отвечала на каждый звонок – хотя бы кратко.
* * *
Некоторые суждения Казаковой о поэзии на первый взгляд противоречили её собственной позиции.
"В искусстве может быть всё, что угодно. Главное – чтобы не было скучно".
Но в её наследии далеко не "всё, что угодно". Это настоящая гражданская лирика с незыблемыми нравственными принципами.
«Страна, как истина, одна, – она не станет посторонней, и благостней и проторённей тебе дорога не нужна».
"Поэзия прямого высказывания" редка. Обычно у пытающихся так писать получается рифмованная риторика – не более. Но у Казаковой именно поэзия. Здоровые нравственные ориентиры прописаны настолько чётко и внятно, что, запутавшись в непростой ситуации, можно перечитывать как принимать холодный отрезвляющий душ:
"Секрет успеха: лишнего не брать
в стремлении к достатку слишком смелом,
в чужие игры не играть,
не врать
и не своим не заниматься делом".
Или:
"Это выдумка — избыток, запасные ходы — ложь! Не отпущено прикидок — сразу набело живешь".
Но и шлягеры на её стихи хороши. И если слушают песни Игоря Крутого "Мадонна", "Ты меня любишь", "Музыка венчальная" – так тоже можно приобщаться к качественной поэзии.
* * *
Свернули разговор на конкурс текстов для гимна.
В те годы государственным гимном России была "Патриотическая песня" М. И. Глинки – музыкальное произведение без слов, написанное в 1830-е.
В 1999-м Администрация Президента и Минкульт устроили открытый конкурс текстов на музыку Глинки. Автором одного из вариантов была Римма Казакова.
Предпочтение же отдали удивительно слабому тексту Радугина с "двуглавым орлом над московским Кремлём", с неточными рифмами "словА" – "моя" и т. п. Впрочем, в итоге и он официально принят не был.
Что ж, не хотят в АП – споём сами. Знал вариант Казаковой и предложил спеть "Патриотическую песню" с её словами.
Фортепиано на Чаянова не было. Но и a cappella дуэтом можно:
"Ты полна любви и силы,
ты раздольна и вольна... ".
Её часто спрашивали о причинах повышенного внимания к "провинциальной поэзии". Она отвечала: "Я сама из глубинки. Провинциальная поэзия выигрывает честностью".
Мне всегда казалось, что очень важная сущностная черта русской цивилизации "схвачена" в начале этой строфы её гимна:
"Русь моя,
всегда за всё в ответе,
для других
ты не щадишь себя.
Пусть хранят
тебя на белом свете
правда,
вера
и судьба".
* * *
После верноподданических прусских композиций, после фрайкорских маршей гимном ФРГ стала в итоге мелодия Гайдна с третьей строфой старого текста Фаллерслебена – "Общность, право и свобода".
Закрыли опасную первую строфу ("Über alles in der Welt"), убрали легкомысленную вторую ("жёны, песни и вино"). А вот общность, право и свобода – то, к чему в итоге всё приходит.
Где-нибудь на горе Парнас "отец симфонии" мог бы ободряюще сказать Глинке:
"Вот видите, Михаил, второе и окончательное признание "Песни немцев" произошло только спустя полтора века с лишним. А у Вашей "Патриотической" и первое ещё только должно случиться, и второе потом впереди. Впрочем, номера из Вашего "Сусанина" и многое другое и так исполняют каждый сезон".
С Днём рождения, Римма Фёдоровна!
