В его руках, как стебельки травы,-
Все наши судьбы, доли и недоли.
Недаром даже волос с головы
Упасть не может без Господней воли.
Э. Асадов.
Аля Хатько & Олег Вайнтрауб
П О В Т О Р Е Н И Е С У Д Ь Б Ы
Глава 1. Квартирантка.
Март в том году был холодным. Зима пока и не думала отступать. На 8 марта все дороги задуло так, что движение на автодорогах остановилось более, чем на сутки. Я, тогда ещё выпускница сельскохозяйственного колледжа, должна была отправится по направлению в одно из хозяйств, чтобы отработать положенный срок. Каникулы мои уже подошли к концу, а я никак не могла выбраться из дому. Родители переживали вместе со мной, но придумать против злой погоды ничего не могли. Только в середине марта метели прекратили свой разгул, и природа понемногу начала уступать надвигающейся весне. Я попала в районное управление сельского хозяйства, где меня встретили специалисты благосклонно и на выбор предложили несколько колхозов. Мне было как-то всё равно, потому что я не была знакома с этим отдаленным районом, и ткнула пальцем наугад в графу с названием колхоза имени Ленина. В отделе кадров, после заполнения необходимых документов меня попросили подождать, так как председатель колхоза изъявил желание приехать за мной лично. Он уже начал беспокоится, что весна на носу, а в хозяйстве до сих пор нет главного агронома. Именно мне, 18-ти летней девушке предложили эту должность. Я знала, что это не только почётная должность, но и очень ответственная. Поэтому волнение меня не покидало до тех пор, пока на пороге не появился Василий Иванович – председатель того самого колхоза имени Ленина.
При его появлении стены кабинета начальника отдела кадров, словно раздвинулись от его обаятельной улыбки. Видно было, что он состоит в хороших отношениях со всеми специалистами, так как к нему потянулись с вопросами и предложениями некоторые специалисты управления. Со всеми он разговаривал непринужденно, корректно отвечал на вопросы и, в конце концов, попросил:
-Уважаемые, я приехал за тридцать километров, чтобы забрать от вас своего будущего главного агронома. Мне же надо его ещё устроить на место жительство. Так что, извините, продолжим наши разговоры в другой раз.
Василий Иванович подхватил мой небольшой чемоданчик в одну руку, а другой рукой взял меня под руку и отвёл служебному УАЗИКУ. Водителя там не было. сам председатель сел за руль, а меня посадил рядом. По дороге рассказывал о своём колхозе, о людях, с которыми мне придётся работать.
-Василий Иванович, скажите пожалуйста, а жить я, где буду? – задала вопрос, который мучил меня, как только я покинула стены родительского дома после каникул.
-Думаю, что я нашёл для тебя хорошую квартиру, - усмехнулся председатель.
Я вопросительно посмотрела в его серые улыбчивые глаза.
-Хозяева там хорошие люди. Они не дадут тебя никому в обиду.
Тогда я не придала значения последним словам об обиде. Это только потом я поняла о чём шла речь.
К красивому, ухоженному дому, который стоял как бы обособленно от других деревенских домов, мы подъехали, когда на улице было уже темно. На пороге дома нас встретил сам хозяин. Они с председателем пожали друг другу руки и хозяин, который назвал себя Игнатом Ивановичем, пропустил меня и Василия Ивановича вперёд себя. А там с улыбкой встречала нас и сама хозяйка.
Она смущенно подала руку председателю, а затем обняла меня за плечи и сказала:
-Зовут меня Дарья Степановна. Можешь звать просто тётей Дашей.
Я молча кивнула. А хозяйка уже приглашала всех на ужин. В большой комнате, которую она назвала залой, стоял накрытый стол. Пахло жареным салом с луком, вареной картошкой, солёными огурцами. Не скрываю, что я была очень голодна и рот моментально откликнулся на эти приятные запахи обильным выделением слюны. Неожиданно из ещё одной комнаты вышел парень, как две капли воды похожий на хозяина. Он смущённо поздоровался с председателем, который тут же не преминул представить ему меня:
-Знакомься, Юра, привёл вот специально для тебя в дом невесту.
Я зарделась от смущения и опустила глаза. Парень сжал крепко мою руку и тихо сказал:
-Юрой меня зовут.
Я назвала себя, и все разместились за круглым столом. Хозяин предложил председателю выпить по рюмочке водки. Василий Иванович не отказался. Вместе с ними выпил немного и Юра. А тётя Даша налила мне и себе по небольшой рюмочке смородиновой настойки.
-Пей, детка, не бойся. Не захмелеешь. Она не крепкая, настоянная на дикой смородине.
Я удивлённо посмотрела на женщину.
-Не удивляйся. Дикая смородина растёт у нас на острове, и мы ездим собирать её на лекарство. Листья сушим для чая, а ягоды для настойки.
Действительно, после рюмочки этой настойки моя стесненность куда-то пропала, и я с удовольствием уплетала домашнюю колбасу с огурцами и картошкой, слушала разговоры мужчин.
Потом председатель уехал, пожелав всем спокойной ночи, а мы остались сидеть за столом, попивая чай, заваренный смородиновыми листьями. Признаюсь, что с тех пор я никогда больше не пила такого вкусного и ароматного чаю.
Так я прижилась у своих хозяев. В июне Юру призвали в армию. Служить ему пришлось в Германии. Он не часто, но присылал письма родителям, и отдельно писал для меня. Иногда письмо для меня приходило раньше, и тётя Даша смущённо обращалась ко мне с вопросом, как у Юры обстоят дела. И я так же смущённо протягивала ей своё письмо. Женщина отмахивалась, не хотела читать, но я была настойчива и в конце концов женщина читала его и тайком утирала слёзы.
Прошел год с той поры, как я поселилась у своих хозяев. Я чувствовал у них своей, словно была их родной дочерью. Я помогала тёте Даше в домашних делах: убирала в доме, стирала бельё, так как они купили недавно стиральную машину «Рига», и сама она побаивалась с ней работать.
Моё внимание давно, с самого первого дня привлекал внимание старинный сундук, который стоял в дальнем углу зала, накрытый ковром ручной работы. Сам ковёр был также очень старинным. Однажды на улице стояла пасмурная холодная погода. Такой погодой колхозникам в поле делать нечего, и я раньше пришла домой, и застала такую картину: тётя Даша сидела на табуретке перед раскрытым сундуком и перебирала какие-то бумаги. Рядом на полу аккуратно были сложены какие-то вещи, видимо чья-то одежда. Тётя Даша как-то засмущалась и хотела быстро всё убрать обратно в сундук. Руки её задрожали, и она уронила бумаги, которые только что рассматривала. Я подошла и начала собирать разлетевшиеся листки. И тут в руки мне попалась фотография размером где-то 12 на 15 или чуть больше. Теперь точно и не помню. Я ахнула. На меня смотрели пронзительные женские глаза. Фото было черно-белым, но и оно было выразительней всяких слов. Женщина была очень красивой. Она улыбалась, а на щеках были видны две ямочки. Белое лицо обрамляли чёрные кудри, которые спадали и на высокий лоб. На ней было надето светлое платье с небольшим круглым вырезом. Бросалась в глаза красивая девичья грудь.
-О!!! А кто эта красивая женщина? - не отрывая взгляд от фото, задала вопрос хозяйке.
Я ничего не услышала в ответ и взглянула на тётю Дашу. Она сидела на табуретке, опустив лицо и слёзы тихо катились из глаз. Я обняла женщину и начала успокаивать. Я попросила прощения, что нечаянно задела больную струну её души.
Через некоторое время, испив воды, которую я принесла и подала, тётя Даша смогла говорить.
продолжение следует
|
