Новая школа встретила Олеську не слишком приветливо.
А впрочем, было даже странно, что она всерьёз рассчитывала на это. Ведь Олеське, с её не самым простым характером, на самом деле, право, не стоило даже и мечтать о том, что в этом мире могут найтись люди, готовые относиться к ней как-то иначе. Но на том этапе она, по простоте душевной, всё ещё верила в чудеса. Так же, как верила пока ещё в возможность найти, в конце концов, настоящих друзей и, - причём, даже ещё в большей степени, - в бескрайнюю любовь. Ей пока ещё казалось, что всё это ждёт её где-то совсем рядом, буквально за поворотом. Протяни только руку – и ухватишь… Но, увы, протянутая рука раз за разом ухватывала пустоту. А надежды оставались…
Олеся с Ирой попросились в 8 «А», потому что им сказали, что этот класс самый дружный. А у Иры, к тому же, именно в нём учились две знакомые девочки, вместе с которыми она уже много лет ходила в художественную школу.
Правда, классный руководитель с самого начала предупредил Олесю и её маму о некоторых особенностях своих подопечных, но тогда они просто ещё не поняли, насколько серьёзно всё это может быть на самом деле.
- А почему вы попросились именно в этот класс? – спросила классный руководитель у Олесиной мамы.
- Потому что знакомые сказали нам, что ваш класс самый дружный, и посоветовали попасть именно в него! – объяснила мама. – У них в той школе был не слишком хороший класс; все дети были как бы сами по себе, и никто особенно ни с кем не дружил!
- Ну, что я могу вам сказать?.. – задумалась на мгновение над её словами учительница. – Класс действительно дружный. Но класс непростой. И обстановка в нём довольно сложная.
Она ещё на секунду замолчала, видимо, собираясь с мыслями, а затем продолжила:
- В классе есть очень сильный лидер. Это девочка. Ей удалось сплотить всех остальных вокруг себя. С одной стороны, это действительно хорошо. Но с другой стороны… В классе существуют свои подводные течения, которые создают определённые трудности. Это невозможно объяснить на словах…
- Насколько я понимаю, вы сами не посоветовали бы переходить именно в ваш класс? – насторожилась мама.
- Ну, если я не ошибаюсь, то у вашей девочки тоже достаточно сильный характер? – проговорила учительница, внимательно глядя на Олесю. – Тогда, возможно, это даже и к лучшему. Может быть, ей удастся хоть немного ослабить влияние лидера на остальных ребят!
Лишь гораздо позже Олеська поймёт, что конкретно она имела тогда в виду.
Официальным объяснением её такого не совсем понятного перехода из одной школы в другую было то, что её младший брат будет учиться именно здесь, и родители, переживая за него, решили, что будет лучше обоим детям учиться вместе. Но на практике всё оказалось далеко не так просто. В первую очередь, потому, что в этой школе, как это ни странно, восьмые классы учились во вторую смену. И, вместо того, чтобы теоретически быть поближе к брату и иметь возможность присматривать за ним, провожать его в школу и домой, Олеся на самом деле оказалась от него ещё дальше, чем это было бы, если бы они учились в разных школах, но хотя бы в одну смену.
Но даже это было далеко не самое страшное. Ира Лебедева, с которой они должны были вместе идти в школу, и на поддержку которой Олеська, что греха таить, всё ещё продолжала надеяться, уехала вместе с родителями в санаторий и поэтому должна была пропустить почти целую неделю занятий. Для Олеськи известие об этом было подобно ушату холодной воды, выплеснутой на голову. Теперь ей предстояло одной справляться со всеми трудностями.
А впрочем, разве всю свою сознательную жизнь она была не одна?.. Так что ей давно уже было не привыкать к этому!..
Правда, первое сентября поначалу развеяло все её страхи. Ну, или почти все. Потому что в тот день всё прошло настолько замечательно, что в это просто невозможно было поверить.
Олеся сразу же ещё издалека увидела свою учительницу, с которой она уже была знакома. Стоило ей только приблизиться к своему классу, как все ребята дружно шагнули к ней навстречу. Во главе их стояла высокая девочка с длинными каштановыми волосами. И Олеся сразу же поняла, что это и есть тот самый лидер, о котором предупреждала её классный руководитель.
- Привет! – решительным и даже каким-то слишком резким голосом проговорила девочка. По её лицу можно было предположить, что ей неведомы даже тени сомнений. – Ты и есть новенькая?
- Да, - кивнула Олеся.
- Меня зовут Юля, - представилась девочка. – А тебя?
- Олеся.
- А где ещё одна? – тут же поинтересовалась Юля. – Нам сказали, что вас двое, и что вы подруги!
- Да, но её пока несколько дней не будет, - сказала Олеся. – Она с родителями в санатории. Приедет на следующей неделе.
Честно говоря, у неё просто в голове не укладывалось, как Ира могла так поступить с ней. Она-то ведь рассчитывала на неё именно в первые дни, особенно, в момент знакомства с новым классом. Это был самый трудный этап, преодолеть который вдвоём было бы гораздо легче. А этим своим опозданием Ира поставила в неудобное положение и саму себя, и Олеську, поскольку именно она вынуждена была теперь в полном одиночестве объяснять всем причину её отсутствия, казавшуюся ей самой совершенно глупой.
- Понятно! Пошли с нами! – безапелляционно приказала ей Юля и, вместе с окружающими её со всех сторон одноклассниками, шагнула обратно к учительнице.
Олеся, разумеется, последовала за ними, ощущая себя при этом как-то очень странно. Но получилось так, что она, ярая индивидуалистка, впервые почувствовала себя частью коллектива. Это было совершенно новым и незнакомым для неё ощущением. И, пожалуй, можно было даже рискнуть сказать, что с непривычки это ей немного понравилось.
Больше в тот день ей не задавали никаких вопросов. Наоборот, с ней обращались так, словно все давно уже знали её. В общем, с лёгкой руки лидера Юли, остальные ребята запросто приняли её в свой коллектив. По крайней мере, внешне это выглядело именно так.
Сразу же, ещё на торжественной линейке, Олеське бросилось в глаза то, что на учительницу, стоящую рядом с ними, никто из ребят не обращал ни малейшего внимания. Это было более, чем странно; вроде бы, она находилась здесь же, среди них, - и, в то же время, её словно и не было вообще. Организовывала класс Юля. Она командовала, кому и где встать; она решала, когда им следует говорить, а когда – молчать, и именно она повела свой класс в школу, когда торжественная линейка, наконец, закончилась.
Олеська очень аккуратно разглядывала своих новых одноклассников. В принципе, они не произвели на неё особого впечатления. В частности это, разумеется, касалось мальчиков. В её старой школе в параллельных классах были хорошие взрослые ребята. Они давно уже вовсю гуляли со своими одноклассницами и выглядели при этом достаточно разумными и развитыми для своих тринадцати лет. Но в их старом классе в этом плане ситуация была не слишком благополучная. С каждым годом всё больше и больше мальчиков оставалось у них на второй год. Кто-то, - как, например, Олеськин бывший сосед по парте Дима, - переехал. В результате к седьмому классу у них осталось всего семь мальчиков, которые все без исключения ростиком были ниже самой маленькой девочки, а по умственному развитию вообще соответствовали едва ли третьеклассникам. О том, чтобы гулять с кем-то из них, разумеется, даже и речи не могло быть, потому что они до сих пор обзывались, плевались и толкались, как восьмилетние, и обратиться к кому-нибудь из них по имени означало подвергнуться позорным насмешкам.
Но в параллельных классах, как уже упоминалось, ребята были вполне нормальные. И Олеська, что греха таить, в глубине души всё ещё надеялась, что в этой новой школе у неё появятся друзья и, возможно, даже поклонники.
Но, увы!.. Один лишь осторожный взгляд, брошенный вокруг, показал ей, что в её новом классе все мальчики точно такие же, как и в старом. Их тоже было мало, - всего человек десять, - и они все, как на подбор, были маленькими, незаметными на фоне уже довольно-таки взрослых девочек и невзрачными.
В классе Юля позволила учительнице сказать ровно пару фраз, то есть, поздравить своих учеников с новым учебным годом и пожелать им дальнейших успехов. После этого их классный руководитель привычно отошла куда-то в сторону, и её больше было не видно и не слышно.
Урок мира Юля провела полностью самостоятельно. И даже больше того. Она развлекала своих одноклассников часа два. Сначала он рассказывала им о том, как провела лето, - и всё это тем же решительным, резким, отрывистым, хорошо поставленным голосом, который было чётко слышно в любом уголке класса. Потом она спела одноклассникам «несколько новых песен, которые она привезла с собой из лагеря», и предложила тут же их разучить, пообещав потом подобрать музыку на гитаре. После этого они очень долго пели «их любимые песни», и Юлин голос перекрывал все остальные и звучал гораздо громче и увереннее, чем голоса всех других её одноклассников, вместе взятых.
Олесю, признаться, поражала её полнейшая раскованность и абсолютное отсутствие каких бы то ни было комплексов. Эта девочка действительно была прирождённым лидером: властная, безапелляционно уверенная в себе и в своих силах, не ведающая никаких сомнений и компромиссов. Олеська не была уверена в том, что она ей нравится. Но одно было очевидно и не поддавалось сомнению: ей понравилась царящая в классе атмосфера. Это полное единство, сплочённость, организованность, - в общем, само по себе ощущение дружбы, которое охватывало здесь всех и каждого. И она тоже старательно выводила дрожащим голосом: «Изгиб гитары жёлтой…» И впервые, наверное, в своей жизни почувствовала себя совершенно счастливой и уверенной в завтрашнем дне.
Олеська никогда сознательно не стремилась к лидерству. Она действительно была искренне уверена на все сто процентов в том, что ей это совсем не нужно. Да ей, глядя правде в глаза, никогда и не удалось бы вести себя так, как Юля. Это было просто определённым даром природы. И в глубине души Олеся даже была готова восхищаться ею, - так же, как, похоже, восхищались ею и все остальные.
По дороге домой она всё ещё самозабвенно напевала про себя: «И вновь продолжается бой…» И мечтала о долгих вечерах у Юли дома и о песнях под гитару, - как она им и обещала…
Две недели спустя, когда вся эта праздничная эйфория давно уже пройдёт, Олеся снова и снова будет задавать себе вопрос о том, что же с ней всё-таки не так?.. Прекрасно понимая прописную истину насчёт того, что в чужой монастырь со своим уставом не лезут, она первые несколько дней вообще только слушала и смотрела по сторонам, почти не открывая рта. Одноклассники были с ней удивительно дружелюбны. Ей казалось, что она так удачно вписалась в новый коллектив, что лучше даже и пожелать было невозможно. Олеська была счастлива, буквально летая на крыльях радости по школе… И не замечая ничего, происходящего за её спиной…
Через несколько дней приехала Ира. Когда она впервые пришла в школу, новые одноклассники встретили её очень хорошо и дружелюбно, - так же, как и Олеську в своё время. Честно говоря, одна только тень слегка заслонила солнышко на их горизонте. Дело в том, что их класс на этой
