Девушка со звезды 18

Глава 18

Матвей уже подходил к школе, когда заиграла мелодия вызова его телефона. На телефоне высветилось, что это звонит Ванда.
- Алло? – спросил Матвей.
- Алло, - послышался пожилой женский голос. – Вы у меня нарочно оставили свой телефон?
- Где? Мы ничего не оставляли, - ответил Матвей.
- Вы недавно были у меня, а когда ушли, я обнаружила на тумбочке в коридоре этот Телефон. – пояснила женщина.
- А, так это Ванде стало плохо. Всего скорее она случайно выронила из руки телефон. Мне сейчас уже срочно нужно в школу. Давайте я после школы зайду? – предложил Матвей.
- Опять ко мне? – проговорила женщина. – Ну уж нет. Сюда больше приходить не надо. Я сама принесу вам телефон. Говорите адрес, куда и во сколько его вам принести?
- Это телефон Ванды. Она работает в пиццерии.
И Матвей назвал адрес.
- Она сегодня весь день там.
- А вы когда там будете? – спросила женщина.
- Я не хотел приходить. Но, могу прийти после школы, примерно в час.
- Хорошо, тогда я приду туда в час, - сказала женщина и отключила телефон.
++++++
В час дня Матвей зашел в пиццерию, мысленно умоляя судьбу, чтобы там не было сейчас Руслана, с которым встречаться совсем не хотелось.
К счастью, Руслана в пиццерии не оказалось. Ванда тут же заметила Матвея, что-то быстро сказала напарнице, и вышла из-за прилавка.
- Что-то случилось? – спросила она.
- Ты телефон там оставила.
- Где? Ох, боже, мне стало плохо, и я облокотилась на тумбочку, а телефон был в руке. А я уж подумала, что потеряла. Ты принес телефон?
- Нет. Эта женщина звонила и сказала, что сама его принесет сюда.
- Ты сказал ей адрес?
- Да, сказал, - кивнул Матвей, и заметил, как Ванда вдруг посмотрела ему за плечо, в сторону входной двери. У Матвея даже ёкнуло всё внутри, от мысли, что зашел Руслан. Матвей оглянулся. Но в пиццерию зашла именно та пожилая женщина, которая обещала принести телефон. Она сразу же направилась к ним и протянула телефон Ванде.
- Ну, здравствуй, Настя Стриженова, – обратилась она к Ванде. Матвей удивленно посмотрел на них обоих. Ванда молчала.
- Кира правду сказала: я никого, ничто и никогда не забываю. И хоть я уже давно не работаю, но я помню всех. Абсолютно всех своих пациентов. А тебя я запомнила особенно: пятнадцатилетняя беременная наркоманка, с целым букетом бзиков, без родителей, без родственников, и после родов, не задумываясь и без сожаления отказавшаяся от своего ребенка.
- Это неправда. Я очень переживала, - проговорила слабеньким виноватым голоском Ванда. – Мне с ребенком некуда было идти, и не на что жить.
- И чему бы законченная наркоманка могла научить своего ребенка? Тем более – девочку? – спросила женщина.
- Значит, Кира… - начала говорить Ванда.
- Кира моя дочь! Я ее выкормила, я ее воспитала, я ушла на восемь лет с работы, я положила семнадцать лет своей жизни ради нее. Она моя и перед законом, и перед Богом. А ты не имеешь на нее никаких прав! Если тебе нужны деньги, я дам. Немного, но у меня есть. Я всё отдам, только оставьте нас в покое, и не втягивайте в это Киру. Она всю жизнь уверена, что я ее родная мать. У меня в юности была операция, и я не могу иметь своих детей. Но Кире я отдала всю свою любовь, как собственной дочери. И я вас прошу, я умоляю, оставьте нас в покое. Я заплачу.
- Мне не нужны деньги, - прошептала Ванда.
- Так что же ты хочешь, разрушить наше благополучие? Превратить жизнь ребенка в ад? Что тебе надо? Ты подумай сама, что ты можешь ей дать? Чему научить? Стать такой же наркоманкой? Настя, ты уже взрослая, а на лице, хоть и замазанный, но светится большой синяк. Значит, ты так и не рассталась с той своей жизнью. Разве взрослые девушки, твоих лет ходят с синяками в пол лица? Настя, не ломай жизнь ребенку, не ломай жизнь мне. Оставь нас в покое. И запомни, если ты от нас не отстанешь, я за себя тогда не ручаюсь! – пригрозила пальцем женщина, развернулась и пошла на выход, а навстречу ей в пиццерию вдруг вошел Руслан. Он подошел к Ванде и к Матвею своей извивающейся походкой.
- Я что-то пропустил? – спросил он, и по его сверкающему злобой взгляду легко читалось, что он готов ударить Матвея.
- Руслан, уйди, - тихо попросила Ванда.
- Не понял? – задал Руслан вопрос таким тоном, будто он теперь обозлился и на Ванду.
- Руслан, я прошу тебя, уйди. Потом всё объясню, - еще раз попросила Ванда.
- Это я должен уйти? – с какой-то надменной ухмылкой переспросил Руслан.
- Да, - твердо подтвердила Ванда.
- Ну…ладно. Смотри только чтобы потом плохо не было, - выдал Руслан зло угрозу, повернулся, и направился к выходу.
- И ты тоже иди, - попросила Ванда Матвея. – Потом поговорим. Мне сейчас ни до каких разговоров.
Матвей чуть согласно кивнул, повернулся, и тоже пошел из пиццерии.
А на улице стоял Руслан.
- И тебя отшила? – спросил он.
- Она болеет, - ответил первое, что пришло в голову Матвей.
- Знаем мы все ее болезни. Ладно, нет, так - нет. – сделал какой-то свой вывод Руслан, сел на свой мотоцикл, и куда-то поехал.
+++++++
До экзаменов оставались считанные дни, и Матвей, что было сил, налег на повторение того материала, в котором не совсем был уверен.
Сразу после восьми вечера в замке входной двери послышалось осторожное шебуршание. Так аккуратно открывала только Ванда. Значит она сегодня не с Русланом, промелькнула радостная догадка у Матвея.
Ванда сразу же зашла к себе, а в комнату Матвея крадучись зашла мама.
- Ванда пришла? – прошептала мама вопрос.
- Да, похоже, - так же тихо ответил Матвей.
- Так, иди сейчас на кухню, положи в тарелку еды и отнеси ей. – распорядилась мама.
- Так она же не просила, - усомнился Матвей.
- Ну и что. На что-то ведь она обиделась. Сегодня самый лучший повод помириться. И кофе налей.
- Она чай любит.
- Тогда – чай, - согласилась мама. – Покорми ее, будь мужчиной, - прошептала мама, и неслышной тенью выскользнула из комнаты, и тут же, по тихим звукам, Матвей понял, что она ушла в спальню.
+++++
Матвей подумал, что мама права, и Ванду нужно морально поддержать. А ненавязчивая поддержка, это как раз взять и покормить. Отложив учебники, он сходил на кухню, наложил еды, налил чай, и пошел к комнате Ванды.
Тихонечко постучав, Матвей толкнул дверь. Дверь оказалась не заперта и открылась. Ванда лежала на кровати прямо в одежде, отвернувшись к стенке, и похоже, плакала.
- Можно? – спросил Матвей. Ванда не ответила, но Матвей вошел и прикрыл за собой локтем дверь.
- Я ужин принес, - сказал Матвей, вкладывая в голос максимум теплоты и доброжелательности.
- Я не хочу, - не оборачиваясь, ответила Ванда и всхлипнула.
- Тогда я здесь оставлю, на столе. Проголодаешься – покушаешь.
С этими словами Матвей поставил тарелку и бокал с чаем на стол.
- Матвей, - позвала вдруг Ванда.
- Да?
- Полежи со мной, - попросила она.
Матвей не сразу понял, что нужно сделать, поэтому замер, соображая, что делать.
- Просто ляг рядом, и обними, - пояснила Ванда.
Матвей подумал, что дверь только прикрыта, но не заперта, но какие-то дополнительные действия производить не стал, боясь, что Ванда может так же неожиданно вдруг передумать, поэтому осторожно склонился к кровати. Ванда чуть подвинулась к стенке, давая ему побольше места, продолжая лежать на боку. Матвей прилег к ней.
- Обними, - прошептала Ванда.
Матвей неумело, но очень осторожно ее обнял одной рукой сверху.
- И второй рукой тоже, - попросила Ванда. – Подсунь ее под меня.
И Ванда на секунду чуть приподняла свое тело, чтобы можно было вставить в образовавшееся пространство руку. Матвей ввел руку, и Ванда тут же снова легла, а его руки взяла своими, и укуталась руками Матвея, как пледом, будто пытаясь согреться сама, и согреть свои плечи.
- Только ничего сейчас не говори, - попросила Ванда.

Продолжение следует