Какие бомбы лучше

Когда наша авиабомба впервые появилась на свет, она уже и тогда весила довольно порядочно – 100 килограмм! Создатель назвал её – Фугасочка. То есть, она могла рвануть так, что мало не показалось бы никому и гарантированно уничтожить при этом всё вокруг в радиусе 50 метров с помощью многочисленных осколков и взрывной ударной волны.
Со временем Создатель её усовершенствовал, и Фугасочка постоянно прибавляла в весе: сперва она достигла массы 250 кг, затем 500 и, наконец, тысячу! А тонная бомба – это вам не хухры-мухры: она спокойно могла разворотить бронепалубу линкору и отправить его на дно, или развалить до основания бетонный форт противника, или, просто, уничтожить несколько многоэтажных домов вместе с жителями за один раз. Это как прикажут.
Но Создателю оказалось и этого мало, и вот он увеличил нашу малютку сперва до полутора тонн, а затем и до трёх. Трёхтонная бомба стала самым любимым его детищем, вот только не в каждый самолёт она влазила и приходилось приделывать её к фюзеляжу, что мешало при взлёте. Но при этом с точностью попадания были проблемы: если в городские кварталы попасть было очень легко и для этого большого ума не требовалось (его Фугасочке как раз и не досталось), то вот в линкор просто так не врежешь – таких фугасочек надо уже несколько десятков, чтоб наверняка. А это невыгодно по финансово-экономическим соображениям.
Немного о Создателе.
В детстве он постоянно возился с порохом, пироксилином и бертолетовой солью, сочиняя всякие взрывоопасные шутихи и петарды. Однажды взрывом новой хлопушки из смеси марганцовки и алюминиевой пудры ему оторвало левую руку и по этой причине ни на одну из войн он не попал, хотя и очень стремился. Зато он оказался простым рабочим на бомбовом заводе, где со временем его таланты развернулись во всю ширь – способности однорукого работяги к постоянным усовершенствованиям заметило и одобрило начальство. Самородок-изобретатель без какого- либо образования заткнул за пояс именитых оружейников и вскоре все бомбовые заводы страны перешли на выпуск бомб конструкции Создателя.
Он сочинял для Родины простые фугасные бомбы и бомбы с сюрпризами в виде замедлителей взрывателя, с кассетной начинкой убойными шариками, с дистанционным подрывом над землёй – чтоб никто из врагов не спрятался, и много чего ещё.
Со временем – уже после войны – Создатель довёл линейку своих Фугасочек до 5-тонных огромный чудовищной взрывной силы изделий, под которые были построены специальные самолёты-носители, но даже на этом творец не остановился: он разработал мега-бомбу массой 9 тонн, вот только достойного носителя в природе не существовало. Даже испытать в действии бомбу-монстра не получалось, так бы она и пылилась на заводских задворках, если бы однажды Создатель не решился испытать её без всякого самолёта прямо на полигоне. Бомбу притащили на танковом прицепе, да так на нём и оставили, не в силах свалить стальное чудовище на землю.
Комиссия и сам Создатель спрятались в бункере в 300 метрах от бомбы, но даже на таком расстоянии произошла катастрофа: после того, как Создатель самолично замкнул цепь взрывателя, собравшиеся у перископов генералы успели увидеть огромное облако разрыва, но сам звук они уже не услышали: взрывная волна прошла под землёй, сдвигая пласты грунта, и тем самым раздавила в лепёшку всех собравшихся, включая самого Создателя. На том месте был воздвигнут монумент погибшим героям.
Но лётчики не любили обычные фугасные бомбы. Чтобы хорошенько пробомбить какой-нибудь город или важный военный объект надо было посылать туда сразу несколько сотен бомбардировщиков, которые должны были при этом держать строй, курс, скорость и высоту (чтоб не промахнуться) и поэтому становились довольно лёгким объектом для атак истребителей и зениток противника. При возвращении на базу командование и жёны пилотов часто недосчитывались очень большого процента своих мужей и подчинённых. Профессия пилота была очень опасной.
Так поначалу произошло и в одной из предыдущих войн: бомбардировщики летали, чтобы сбросить бомбы на врага, не уклоняясь от курса и зенитного огня, и поэтому в аллеях памяти на родине героев множились мраморные монументы.
Но, на радость выживших членов экипажей самолётов-бомбометателей у покойного Создателя нашёлся Самый лучший ученик, который продолжил дело своего Учителя и придумал одну простую штуковину – я имею в виду насчёт бомб, а не какие-нибудь холодильники или стиралки.
Но, чтобы Лучшему Ученику лучше думалось, командование решило отрезать ему руку, чтобы он совсем стал похож на своего Учителя. Так и произошло. И всему отделу по разработке новых бомб тоже пришлось ампутировать руки (одну), чтобы они полностью соответствовали своим учителям.
Так вот, именно благодаря отсутствию руки, Лучший Ученик изобрёл крылышки для обычных фугасок, и они из простых свинообразных тушек превратились в некое подобие ангелов. Но не это было главное: бомбы с крылышками оснастили Универсальным Модулем Планирования и Коррекции – УМПК – и теперь при сбросе с большой высоты эти ангелы ада могли планировать на противника сперва 50, затем 100 и потом уже до 200 километров без риска атаки самолёта-носителя со стороны вражеских зенитных сил. Пилоты теперь стали летать на бомбёжку как на прогулку, но при этом всё также рассчитывали на награды и премии за удачное поражение врага.
Мало того, точность бомбометания возросла стократ благодаря именно модулю коррекции: при подаче сигналов от внешних навигационных систем крылышки и хвостик бомбы отклонялись в нужную сторону по командам от этого модуля (блока управления) и корректировали траекторию.
Обычным фугасным бомбам было обидно. Им казалось, что их предали забвению, несмотря на прежние заслуги. Но дулись на своих коллег они напрасно: ведь корректируемые бомбы рождались из обычных фугасных простой установкой соответствующего оперения и относительно небольшой коробочки с блоком управления, подающей команды на крылышки и пёрышки. Просто фугаски оказались прародителями КАБов – корректируемых авиабомб всё той же массы от 100 до 3000 килограмм. И они очень этим гордились.
На бомбовых заводах заботливые женские руки в три смены без выходных устанавливали эти модули на старые фугаски. Женские – потому что все мужчины ушли на фронт, а дети-подростки в специальных ПТУ (колледжах) чистили от ржавчины бомбы столетней давности, изредка на них подрываясь. Но это было ничто по сравнению с той радостью, что испытывали рабочие при известиях о взрыве их бомб в гуще врагов. Взрывы эти, особенно трёхтонок, в любом случае – даже если навигация промажет мимо объекта – оставляли на месте атаки только груду щебня, исковерканную арматуру и куски человеческой плоти.
Обычных фугасок за десятилетия люди понаделали миллионы, и они пылились без дела на складах от одной войны до другой, но и расход их тогда был непомерный. Другое дело новенькие бомбы с УМПК – это была уже интеллектуальная элита среди себе подобных, какой калибр ни возьми. Можно сказать, дворяне среди простого черносошного крестьянства. На них писали техники и сами лётчики красной краской приветствия с пожеланиями врагу, типа: «За Родину!», «За ВДВ», «За всё!».
Но и обычные старые фугаски, и эти зазнайки знали, что есть среди бомб элита среди элит, можно сказать, аристократия – это штучные бомбы с индексом «A» и «H», или же атомные и водородные, они же термоядерные. Эти могли разнести в клочья целые города и люди берегли их, холили и лелеяли, пестовали, как младенцев. Они пребывали всю свою жизнь в особых тепличных условиях, глубоко под землёй или в скалах при одной и той же температуре, давлении и влажности воздуха. Вокруг них суетились учёные в белых халатах, заботливо выслушивая через стетоскопы биение их атомных сердец – не беспокоит ли чего? Не ровён час, даст сбой какая-нибудь системка и тогда всё – прости, прощай!.. Такие бомбы среди своих дальних родственниц – что обычных фугасок, что бомб с УМПК и искусственным интеллектом – были, что плотник супротив столяра, как сказал бы классик. Страна, обладающая такими бомбами, могла пугать соседей как ей вздумается.
Бомбы, бывало, проводили меж себя соревнования кто больше убьёт врагов за один раз. Простые фугаски вечно проигрывали планирующим, но старались брать количеством. А вот штучные термоядерные по регламенту участвовали заочно – по вероятностным трупам они были из другой лиги, это как бразильцы против футбольной дворовой команды.
С некоторых пор на парадах по случаю Побед и юбилеев помимо обычных трёхтонных и даже пятитонных бомб публике стали показывать и новейшие бомбовые разработки – бомбы с крылышками и хвостиком, которые вызывали неизменное умиление, особенно у детей и женщин. На выставках вооружения именно возле этих экспонатов толпилось больше всего любопытствующих, смотрители разрешали детям украшать крутые бомбовые бока своими рисунками и венками из одуванчиков и веточек жимолости.
Но особый фурор произвели показанные, наконец, народу, бомбы атомные и термоядерные. Их огромные туши провезли на специальных трейлерах – какие-то умники из журналистов в своих корреспонденциях назвали эти мегатонные чудовища «Малыш и Карлсон». Народ был в диком восторге и поверил, что теперь, наконец-то, нас будут бояться все – от тайги до самых дальних британских морей. Эта вера скрепляла единство народа и парламентских партий.
Да-а-а-а! - а закончилось всё равно плохо…
В последнюю войну враг так сильно упирался, что победить его на этот раз не было, ну, никакой возможности. А реноме великой державы – хочешь-не хочешь, а подтверждать надо, да и население начало ныть: «Когда же конец, да что же это такое, да когда же?..». И вот генералы в Генштабе придумали такую штуку: они решили провести генеральное наступление с использованием бомб всех трёх типов, в том числе и атомных, хотя бы и запрещённых всеми международными конвенциями. Этим бомбам точности попадания не требовалось вовсе, поэтому к ним приделали крылышки для дальнего полёта без всякой аппаратуры коррекции и управления.
Сначала на выбранном участке наступления вражеские позиции хорошенько пробомбили обычными бомбами – пришлось пожертвовать десятками суперсовременных самолётов-бомбардировщиков с лётчиками-добровольцами. Затем в дело вступили трёхтонные бомбы с модулем коррекции – они отработали по разведанным укреплённым пунктам и огневым точкам. И вот только после этого – а враг-то опять не сдаётся – на этих упрямцев обрушились «Малыш и Карлсон» вместе взятые.
Генералы, наблюдая издалека картину атомного апокалипсиса, предались безудержному веселью и принялись отмечать долгожданную победу. Они не учли одного: в ядерном пожаре сгорели не только солдаты противника, его техника и население данной местности, но совокупной силы этих бомб достало для деформации в этом месте земной коры, в которой образовались вулканические кальдеры, откуда хлынули потоки раскалённой лавы. Потекли они в низину к ликующим генералам, сметая на своём пути всю собравшуюся для атаки армию. Лава растеклась на сотни километров, уничтожив вообще всё!