Глава 6. Митя
Митя лежал в постели и думал о своих друзьях из леса, когда вдруг приоткрытое окно резко на всю распахнулось, и в комнату, держа в лапах Пшша, криво влетел Уух. Задев крылом окно совёнок накренился, сбился с курса и почти шмякнулся на кровать Мити, уронив ужика.
Мальчик удивлённо распахнул глаза и только открыл рот, чтобы спросить, как с низу донеслись недовольные крики.
- Я не понял, ёлки-палки, пень-коряга! Меня кто-нибудь поднимет?
Митя посмотрел на пол и увидел недовольного Фырра.
- Оох! – выдохнул мальчик и взял ёжика.– Я, я не понимаю!
- Ну, естественно ты не понимаешь! – заворчал Фырр.– Лежит тут себе и отдыхает, а мы, значит, волнуйся там! У тебя совесть где? В левой пятке спряталась или в детстве от тебя убежала куда глаза глядят?
Митя непонимающе смотрел на друзей.
- Что вы здесь делаете? Как пробрались? Вас не видели? – волновался мальчик.
- Тихо, тихо! Успокойся! – сказал Пшш.– Объясняю. Ты уже три дня к нам не приходил. Мы стали переживать: вдруг с тобой что-то случилось, а как узнать? Вот мы и решили сами к тебе прийти. Я приполз. Уух прилетел, у дома он меня уже взял в лапы и, поднявшись, влетел в окно, а Фырр забрался в дом сам. Благо, лето – жарко, душно, все двери в доме открыты.
- Да я, да я,- возопил неугомонный ёжик, прыгая по кровати и путаясь в одеяле,- я еле по ступенькам забрался. У вас тут что – специально дом с препятствиями, чтобы я войти не мог?
- Да нет,- ответил Митя,- ступеньки нормальные, просто ты маленький и потому они тебе кажутся большими.
- Это я-то маленький? – опешил Фырр и аж рот открыл.– Да я большее всех больших!!! Сам ты – мелочь пузатая,- и обиженно надулся.
- Фырр, не обижайся,- сказал Митя и устало прилёг на подушку, прикрыв глаза.
- Митя, что с тобой? – взволнованно спросил Уух.
- Тебе нехорошо? – забеспокоился Пшш. Он подполз к мальчику и свернулся у него на груди.– О-о-о! Ребята! Да он горячий. У него температура.
Уух огорчённо уухнул, Фырр растерянно зафыркал, а Пшш на них зашипел.
- Тише вы, не видите – ему плохо.
- Ничего, ничего,- прошептал Митя.- Ребята, вы даже не представляете, как я рад вас видеть. Ведь я действительно заболел. Уже три дня лежу, температурю, аж до 38,6 доходило. Бабушка, конечно, меня из дому не выпускает, даже с кровати вставать почти не даёт. Я тут лежу, болею, да ещё переживал, что вас не мог предупредить. А вы вот какие молодцы – пришли проведать меня. Я вам очень-очень рад. Вот только чуть-чуть полежу сейчас, а то от волнения, кажется, температура повысилась.
Друзья обеспокоенно переглянулись. Но через минуту Митя открыл глаза и улыбнулся.
Уух уселся в конце кровати сверху на ноги мальчика, Пшш остался лежать на груди, хвостом обвив шею Мити, а Фырр забрался ему на живот.
- Слушай, Мить,- осторожно начал ёжик,- я, конечно, всё понимаю, но у тебя в кровати дохлый заяц валяется.
- Чтооо? Где?
- Да вот там, в углу, почти под одеялом,- и Фырр скосил в ту сторону глаза.
Митя посмотрел туда и засмеялся.
- Ну, во-первых: он не дохлый, а во-вторых: это Морковка.
- Ну, во-первых: он дохлый! – рассердился Фырр.– Ты что, думаешь я живого от мёртвого отличить не могу? Я за ним всё это время наблюдал, он ни разу не шевельнулся. А во-вторых: я, конечно, понимаю, что у тебя температура и, наверное, начался бред, потому что у тебя какие-то галлюцинации. Но поверь мне! Уж я-то могу отличить зайца от морковки. Морковка она вообще оранжевая, а заяц…
Митя хохотал.
- Да ты не понял, Фырр. Да, это заяц, но он и ни живой и ни мёртвый. Это игрушка. А Морковка – это его имя.– И Митя вытащил из-под одеяла своего игрушечного зайца.
- Игрушка? А как настоящий. Имя? Морковка – имя? Как это? – не мог понять Фырр.
- Ну, дело в том,- начал Митя,- что я не хотел, чтобы у моего зайца было обычное имя. Хотел что-то интересное, а так как зайцы любят морковку, то и решил его так назвать.
- Смешно,- сказал ужик и ухмыльнулся.
- Да, представляете, как было бы весело, если бы у всех были такие имена,- засмеялся Уух и хлопнул крыльями.
- Ага,- продолжил Фырр,- встречаются на тропинке трое: «Привет, я ёжик Баранка, а я мальчик Конфетка, а я медведь Малинка, ха-ха».
И друзья расхохотались.
- Ой, аж есть захотелось,- отсмеявшись, заявил вечно голодный ёжик.
- А у меня, кстати, есть малиновое варенье.– Митя взял с тумбочки банку и на крышечку положил несколько ложечек варенья.– Угощайся.– Он пристроил крышечку у себя на животе, чтобы Фырру было удобнее есть.
Ёжик не заставил себя упрашивать и, похрюкивая от удовольствия, с чавкающими звуками стал слизывать варенье, как вдруг…
- Митя, как ты там? Я уже иду! – раздался голос бабушки.
Митя, Пшш, Фырр и Уух с ужасом дёрнулись и встрепенулись с округлившимися глазами.
И в этот момент в комнату вошла бабушка…
Она посмотрела на кровать, ойкнула, её прямоугольные очки от удивления стали круглыми, а круглые глаза, наоборот, прямоугольными. Брови уползли вверх, а рот открылся. Она попятилась, споткнулась и, упав в кресло, которое стояло за её спиной, потеряла сознание. Из её руки на пол скатилось несколько крупных клубничек, которые она сорвала для внука.
- Ребята! Бегите! – зашептал Митя.
Уух схватил ужика и вылетел в окно. Фырр спрыгнул на пол и побежал, но, увидев клубнику, остановился.
- Слушай, я заберу клубнику себе, а то она всё равно уже грязная, тебе нельзя,- и, не дожидаясь ответа, закинул ягоды себе на колючки и убежал.
- Забирай, троглодит,- вдогонку тихо крикнул Митя.– До встречи.
Через несколько минут бабушка открыла глаза.
- Ч-что эт-то было?
- Где? – наивно удивился внук.
- Т-тут. Я вхожу и вижу, как тебя душит ядовитая гадюка, филин клюёт ноги, а бешеный ёж прогрыз твой живот до крови.
- Бабушка,- улыбнулся Митя,- ну что ты говоришь?! Тебе это всё приснилось! Ты пришла, села в кресло и прикорнула. Вот и приснилось.
- Правда?!
- Ну конечно!
- Это всё приснилось? Такой бред?!
- А это потому, что ты днём по солнцепёку в огороде ковырялась.
- Да, наверное,- засомневалась бабушка.– Нет, ну ведь надо же, чтобы такое приснилось. Бред! Бред! Всё, больше на солнце не работаю.
- Правильно, бабушка.
- Постой, а где ягоды? Я же тебе сорвала самые спелые и крупные. Ты уже съел?
- Не переживай, ба. Клубника уже в животе,- и Митя хитро улыбнулся.
Нет, Митя не обманул бабушку, он никогда её не обманывал. Он сказал правду – клубника действительно была в животе, вот только не у него, а у Фырра.
Митя хохотал.
- Да ты не понял, Фырр. Да, это заяц, но он и ни живой и ни мёртвый. Это игрушка. А Морковка – это его имя.– И Митя вытащил из-под одеяла своего игрушечного зайца.
- Игрушка? А как настоящий. Имя? Морковка – имя? Как это? – не мог понять Фырр.
- Ну, дело в том,- начал Митя,- что я не хотел, чтобы у моего зайца было обычное имя. Хотел что-то интересное, а так как зайцы любят морковку, то и решил его так назвать.
- Смешно,- сказал ужик и ухмыльнулся.
- Да, представляете, как было бы весело, если бы у всех были такие имена,- засмеялся Уух и хлопнул крыльями.
- Ага,- продолжил Фырр,- встречаются на тропинке трое: «Привет, я ёжик Баранка, а я мальчик Конфетка, а я медведь Малинка, ха-ха».
И друзья расхохотались.
- Ой, аж есть захотелось,- отсмеявшись, заявил вечно голодный ёжик.
- А у меня, кстати, есть малиновое варенье.– Митя взял с тумбочки банку и на крышечку положил несколько ложечек варенья.– Угощайся.– Он пристроил крышечку у себя на животе, чтобы Фырру было удобнее есть.
Ёжик не заставил себя упрашивать и, похрюкивая от удовольствия, с чавкающими звуками стал слизывать варенье, как вдруг…
- Митя, как ты там? Я уже иду! – раздался голос бабушки.
Митя, Пшш, Фырр и Уух с ужасом дёрнулись и встрепенулись с округлившимися глазами.
И в этот момент в комнату вошла бабушка…
Она посмотрела на кровать, ойкнула, её прямоугольные очки от удивления стали круглыми, а круглые глаза, наоборот, прямоугольными. Брови уползли вверх, а рот открылся. Она попятилась, споткнулась и, упав в кресло, которое стояло за её спиной, потеряла сознание. Из её руки на пол скатилось несколько крупных клубничек, которые она сорвала для внука.
- Ребята! Бегите! – зашептал Митя.
Уух схватил ужика и вылетел в окно. Фырр спрыгнул на пол и побежал, но, увидев клубнику, остановился.
- Слушай, я заберу клубнику себе, а то она всё равно уже грязная, тебе нельзя,- и, не дожидаясь ответа, закинул ягоды себе на колючки и убежал.
- Забирай, троглодит,- вдогонку тихо крикнул Митя.– До встречи.
Через несколько минут бабушка открыла глаза.
- Ч-что эт-то было?
- Где? – наивно удивился внук.
- Т-тут. Я вхожу и вижу, как тебя душит ядовитая гадюка, филин клюёт ноги, а бешеный ёж прогрыз твой живот до крови.
- Бабушка,- улыбнулся Митя,- ну что ты говоришь?! Тебе это всё приснилось! Ты пришла, села в кресло и прикорнула. Вот и приснилось.
- Правда?!
- Ну конечно!
- Это всё приснилось? Такой бред?!
- А это потому, что ты днём по солнцепёку в огороде ковырялась.
- Да, наверное,- засомневалась бабушка.– Нет, ну ведь надо же, чтобы такое приснилось. Бред! Бред! Всё, больше на солнце не работаю.
- Правильно, бабушка.
- Постой, а где ягоды? Я же тебе сорвала самые спелые и крупные. Ты уже съел?
- Не переживай, ба. Клубника уже в животе,- и Митя хитро улыбнулся.
Нет, Митя не обманул бабушку, он никогда её не обманывал. Он сказал правду – клубника действительно была в животе, вот только не у него, а у Фырра.
