Отречение
Поиски Атлантиды не увенчались успехом. Сколько ни искали этот остров — не нашли. Видно, он навечно останется в тайне от всех. Юпитериане ещё что-то ищут на дне океана, но найдут ли? Напрасно за это взялись, напрасно…
С такими невесёлыми думами молодой Джованни Смолоз возвращался в имение отца в Англии. Сойдя с корабля, он добирался на попутном возу до одного из пригородов Лондона, потом шёл пешком. Поклажа его была лёгкой — мешок с парой чёрствых сухарей. Голод давал о себе знать, и, когда стемнело, Джованни прибыл на рынок, где встретил знакомого мясника. Его слегка удивило, что тот дал ему с собой окорок, не взяв денег.
— Что случилось, Чарли? — спросил он. — Почему ты так на меня смотришь?
Пришлось Чарли рассказать путнику о том, что его отец умер. Минуло уже шесть лет со дня его смерти, но Джованни ещё не знал об этом — он уехал на поиски Атлантиды, когда папа был ещё жив.
— Из-за чего он умер? — допытывался Джованни. — От болезни?
Мясник рассказал о страшной гибели Монито от рук инквизиторов. Джованни был потрясён.
— Тебе лучше не возвращаться в его имение, — предупредил Чарли. — Останься пока у меня.
Он объяснил, что старший брат Джованни — Георг — прибрал имение отца к рукам и вряд ли хочет, чтобы младший брат вернулся.
— Что за вздор! Георг будет рад меня видеть, — возразил Джованни.
Уже стемнело, когда он прибыл в имение.
— Кто вы такой? — спросил стражник у ворот.
— Я Джованни, сын Монито Смолоза!
— У него не было сына по имени Джованни.
— Как — не было? Я младший сын Монито! Позовите моего брата Георга, он узнает меня!
Вскоре в воротах появился худощавый мужчина лет сорока. Он равнодушно взглянул на гостя.
— Георг, здравствуй! Ты что, не узнаёшь меня? Я Джованни, твой брат!
— Ты не можешь быть Джованни, — покачал тот головой. — Он погиб несколько лет назад. Ступай себе, странник. Ты помешался.
Джованни рассердился.
— Позови моего брата Валериана! Он узнает меня, раз ты не узнал!
— Валериан умер. Что тебе нужно?
— Ты не хочешь признать своего брата, Георг! Ответь, почему?
— Потому что ты не мой брат. Я вижу тебя впервые.
— Ты лжёшь! Позови Августу, она узнает меня! Позови её!
Увидев любимую сестру, Джованни бросился к ней в объятия. И вдруг заметил, что она тоже ведёт себя отрешённо.
— Августа, неужели и ты не узнаёшь меня? Я Джованни, твой брат!
— Я не могу тебя вспомнить, — сказала она, опустив глаза. — Мы виделись прежде?
— Ты меня не слышишь! Я Джованни!
— Джованни погиб, — вздохнула она. — Его больше нет с нами…
— Что за вздор! Я жив! — воскликнул он. — Тебе заморочили голову!
И ушёл в растерянности и досаде: не может быть, чтобы его не узнали ни брат, ни сестра. Что здесь случилось в его отсутствие? Августа, бедная Августа! Она, кажется, нездорова — у неё такой болезненный взгляд…
Проникнув во двор имения через тайный ход, Джованни спрятался в кустах и долго раздумывал о случившемся. Потом заплакал — ему было очень жаль умерших отца и брата…
Кое-как успокоившись, он прилёг и задремал. Но вдруг кусты зашелестели, и он испугался, что его обнаружат…
Глафира
Джованни вскочил, но тут кто-то взял его за руку.
— Это я, Глафира…
Ему сразу вспомнилось детство — как он играл с соседской девочкой по имени Глафира. Они были лучшими друзьями. Самые светлые воспоминания о детстве были связаны с ней…
— Неужели это ты… — ответил Джованни, вглядываясь в её лицо. — Как смогла найти меня здесь?
— Я следила за тобой. И слышала твой разговор с братом и сестрой.
— Но ты-то признала меня! — обрадовался он. — А вот они, похоже, потеряли память…
— Я тебе сейчас всё расскажу… — она протянула ему свёрток. — Здесь еда, ты, наверное, голоден…
Он поблагодарил её, развернул свёрток и стал есть хлеб с сыром, а потом — жареную рыбку.
— После смерти вашего отца Георг завладел всем имением, — стала рассказывать Глафира. — Августа жила с ним, а Валериан тогда находился в Германии. Когда сестра обнаружила завещание отца, Георг отобрал его и пригрозил ей, чтобы никому про него не говорила. В том завещании сэр Монито разделил имущество и земли между троими сыновьями и дочерью. Но Георг подделал завещание, в котором всё доставалось ему как старшему сыну…
— Вот подлец! — в негодовании воскликнул Джованни. — Теперь мне всё понятно.
— Ваш отец говорил, что любит вас четверых одинаково. Поэтому многие его друзья и знакомые не могли понять, почему он оставил всё одному Георгу. Супруг Августы лорд Бадлмер пытался оспорить её права на имущество, но после визита к Георгу неожиданно занемог и скончался прямо в дороге. Говорят, что его отравили. Прибывший Валериан тоже говорил о честном разделе имения, утверждал, что видел настоящее завещание отца. Вскоре он так же неожиданно умер…
— Неужели Георг оказался таким негодяем? — возмутился Джованни. — Я придушу его собственными руками!
— Джованни, не надо! — взмолилась Глафира. — Беги отсюда, пока жив! Он убьёт и тебя, если предъявишь свои права!
— Нет, отсюда никуда не уйду! И свою сестру не брошу! Она больна, я видел!
— Георг добавляет ей снотворное в еду; она потеряла память и уже плохо соображает…
— Я заберу её, и мы уедем! — решил Джованни. — Будем искать нашего деда Лучьяна — он живёт в Лондоне.
— Может быть, он по справедливости разделит имение…
— Глафира… Как я по тебе скучал! — Джованни притянул к себе девушку и поцеловал. — Спасибо за всё… Ты настоящий друг.
***
Утром они подошли к воротам имения. Джованни созвал людей из соседних имений, чтобы поведать им о своей тяжбе.
— Неужели вы меня не узнаёте? — спросил он. — Я сын Монито Смолоза! В детстве жил здесь и знал всех, и все знали меня!
Люди тихо переговаривались между собой, но ему ничего не отвечали.
— Этот изверг убил моего брата Валериана, он медленно лишает жизни сестру! И вы равнодушно смотрите на это! Если не хотите признать во мне наследника Монито Смолоза, то хотя бы вызволите из имения Августу, чтобы её совсем не отравили!
Толпа зароптала. Некоторые говорили, что Джованни — сумасшедший, некоторые — что он прав: Августу надо спасать. Но никто не признал в нём сына Монито.
Из ворот вышел Георг. Он молча осмотрел собравшихся.
— Какой же ты мерзавец! — крикнул ему Джованни. — Подожди, отплатится тебе за всё!
— Отшвырните его подальше, — тихо сказал Георг стражникам.
Те копьями отогнали толпу от ворот.
— Джованни, нам надо прибыть с жалобой к королю и его приближённым — может быть, так дело разрешится, — предложила Глафира.
— Я не пойду ни к кому жаловаться, — ответил Джованни. — Сам разберусь с ним!
Не слушая его, Глафира одна отправилась в Лондон.
Правление Генриха VIII
Король Генрих VIII умирал. Лучьян, который был учителем его детей, слышал от придворных людей, что ему становится всё хуже и хуже. Несколько лет он мучился от ожирения, не мог ходить и передвигался в кресле на колёсах. И ещё у него воспалилась рана на ноге.
Архиепископ Кентерберийский Томас Кранмер рассказывал Лучьяну о жизни Генриха VIII, о его реформах, об англиканстве. Тот унаследовал престол, являясь младшим сыном Генриха VII, так как старший был болен.
У молодого короля, весёлого и энергичного, было крепкое здоровье, богатырское телосложение, он отлично ездил верхом и стрелял из лука. С началом его правления при дворе стали проходить балы, маскарады, турниры, и на всё это тратилось много денег. Генрих был умным и талантливым человеком, знал несколько языков, но слишком превозносил себя. Он не интересовался делами и возлагал их на кого-нибудь из своих приближённых.
Вначале король поддерживал католиков. В 1521 году отправил папе римскому свой памфлет «В защиту семи таинств» с критикой реформаторов. И за это Рим удостоил его титула «Защитник веры». Но потом он поменял свои взгляды из-за семейных обстоятельств. Его первая жена Екатерина Арагонская за двадцать лет брака родила нескольких больных детей, которые тут же умерли, и лишь одну здоровую дочь, названную Марией. У короля были и внебрачные дети. Но он хотел законного наследника, мальчика. Влюбившись в фрейлину жены Анну Болейн, решил развестись с женой и отправить её в монастырь. На это требовалось согласие папы римского. Но тот был против их развода.
Тогда Генрих разорвал связи с Римом. В 1531 году по требованию короля английская церковь стала подчиняться только ему и прекратила обращаться к папе. Архиепископом Кентерберийским был назначен Томас Кранмер. Он благословил и развод короля с королевой, и его новый брак — с Анной Болейн. Екатерина была отправлена в монастырь. Папа вызывал Генриха к себе с повинной, но тот не приехал, и его отлучили от церкви. Многие монастыри Англии не хотели признавать короля своим главой, и его советник Томас Кромвель велел казнить их настоятелей. Было изъято имущество из мелких монастырей.
У новой королевы появилось много поклонников, и король, подозревая жену в измене, отдалился от неё. Она и несколько её фаворитов были арестованы и допрошены. Один из мужчин признался, что тайно встречался с ней. Анну приговорили к смертной казни и обезглавили. Генрих обвенчался с фрейлиной Джейн Сеймур, тихой и скромной девушкой. Она родила ему сына Эдуарда и вскоре умерла.
В 1536 году появился первый документ англиканской церкви — «Десять статей», в котором содержались идеи и католичества, и протестантизма. За источники вероучения в нём были взяты Священное Писание, Апостольский, Афанасиев и Никео-Цареградский Символы веры и решения четырёх Вселенских Соборов. Сократилось количество обрядов, из семи таинств осталось только крещение, причащение и покаяние. Причащение понималось так же, как в католичестве: превращение хлеба и вина в тело и кровь Христа. Как и в лютеранском учении, говорилось об оправдании человека верой. Он должен был также творить добрые дела. Индульгенции признавались недействительными. Перенималось католическое учение о чистилище.
В 1539 году появилось дополнение к «Десяти статьям» — «Кровавый статут», в котором служителям церкви запрещалось вступать в брак. Иконы, мощи, статуи и другие реликвии перестали почитаться и были уничтожены.
В 1538 — 1539 годах король изъял имущество у крупных монастырей. Кроме того, церковь теперь платила ему подати. На них были усилены флот и войска, построены крепости на границе и гавани. С противниками англиканства расправлялись очень жестоко — тысячами бросали в темницы и казнили.
Король женился ещё три раза и ни с одной из супруг не прожил долго и не был счастлив.
…Теперь он умирал. Врачи говорили о том, что опасную рану на ноге уже нельзя залечить.
— Не оставляй моего сына, — обратился он к Лучьяну. — Только ты сможешь хорошо воспитать его и обучить наукам. Позаботься об Эдуарде. Меня скоро уже не будет — я предчувствую смерть: всё время снятся дурные сны…
Король простился с принцем Эдуардом. Хотя он и был жестоким и властным человеком, но оставался добрым и ласковым родителем, и сын очень любил его.
Торжество справедливости
Король умер. Весть об этом быстро разнеслась по стране. И все уже чествовали нового короля Эдуарда VI. Он был очень печален, и Лучьян говорил ему:
— Тебе надо быть сильным. Теперь ты правитель Англии…
Он велел слугам не докучать Эдуарду. Мальчик должен был
