На углу одного старого дома стояли два фонаря. Больших, старинных, как сам дом.
Иногда они поскрипывали под порывами ветра, а иногда плакали во время дождя стекающими по стеклу грустными каплями.
Когда днём светило солнце, его лучи проникали сквозь треснутое местами стекло фонарей и отражались разноцветными бликами на тротуаре. Они были почти одинаковы между собой. Но только днём.
С наступлением ночи выявлялась очевидная несхожесть. Один фонарь светил ярко и насыщенно, другой же — чуть приглушённо, иногда мигая, иногда будто застывая своим слабым светом в темноте.
— Эй, ты, слабак! — кричал ему, смеясь, более яркий сосед. — Что ж ты так слабо светишь? Какая от тебя польза? Ты что есть, что тебя нет вовсе!
Но старый фонарь, светивший слабо, лишь молчал своему соседу в ответ.
Осень сменялась холодной зимой, зима — жизнерадостной весной, а на смену весне приходило жаркое лето.
Именно летом оба фонаря светили одинаково недолго, и разница в их свете была почти незаметна. Часто влюблённые пары, сидевшие возле этих фонарей на лавочке, даже не поднимали на них головы и не замечали их света.
Но однажды разыгралась страшная буря. Была глубокая осень, и земля будто сопротивлялась приходу морозов. Ветер словно бросался в драку с деревьями, трепал их кроны так сильно, что даже последние листья не выдерживали его натиска и срывались с ветвей, улетая стремглав в неизвестность.
Фонари стонали под напором ветра. Их чугунные ноги гнулись и извивались, будто ещё немного — и они тоже отправятся вслед за сорвавшимися листьями.
Старый слабый фонарь всё так же мигал прерывисто. А его более сильный сосед продолжал упрямо гореть ярким светом. Но следующий порыв ветра повредил и его, и теперь они оба мигали в такт разбушевавшейся стихии.
Ещё один порыв — и кусок оторвавшейся ветки ударил прямо в фонарь, который прежде светил ярче всех. Свет погас в разбитом стекле...
И буря будто в тот же миг стихла.
На следующий день всё так же пришли влюблённые пары к двум фонарям. Они сели на ещё мокрую после бури лавочку, крепко обнялись и растворились в долгом любовном поцелуе. И лишь старый фонарь продолжал мигать и светить своим слабым светом над их головами.
Он не насмехался над разбитым стеклом своего соседа, не хихикал над его потухшим светом, а лишь слегка покачивался, будто сочувственно склоняясь в его сторону. А тот в ответ плакал вместе с дождём — скорбно и кротко.
Через пару дней пришёл мастер. Он вскарабкался по большой лестнице, заменил лампу и стекло, и разбитый фонарь вновь засиял так же ярко и сильно, как прежде.
Затем мастер посмотрел на старый слабый фонарь, стоявший рядом, повертел, покрутил лампочку, да только всплеснул руками в бессилии. Забрал свою лестницу и ушёл прочь.
С тех пор светили рядом два фонаря: один — ярко и сильно, другой — слабо и прерывисто, но оба неизменно и верно исполняли свою работу.
|
