берег по мостику. Постоял, издали на неё поглядел… Женщина на корточки присела и ребёнку (мальчику годков трёх-четырёх) на него указывает.
- Здравствуй! – подойдя к ней ближе, Джо молвит и ждёт, что она по имени его назовёт.
Женщина не отвечает. А потом, проходя мимо, произносит жизнерадостно голосом звонким:
- Мы всегда здесь гуляем! Красивое очень место! У тебя замечательный дом, старче!
- Как сына твоего звать? – Джо спрашивает, покойного своего Оли в мальчике видя.
- Малышом Дилли зову я его, - отвечает она. - Нам так нравится! А ещё Дилаем! Побежали, Дилай, догоняй!
Улыбается мальчик ему, ручкою машет, после чего со всех ног вдогонку за мамой пускается.
«Не она это, - думает Джо, - не тот голос. И Дилли – не мой сын».
Придя обратно, развернул Джо Буланку в сторону дома. Всхрапнула она в ответ на решение его.
- И мне тревожно, - сказал он ей. – Хотя откуда, казалось бы, тревоге взяться. Но, раз не стал Чернобог заманивать меня женою и сыном, останемся, родная, поищем то, что, вероятно, можно найти. Даже ежели… даже ежели хочет он, чтобы я так думал.
А женщина тем временем резко игру прервала - так что ребёнок на неё налетел. Прижала она его к себе, стоит и глядит издалека на путника нашего взглядом долгим, восклицая во весь голос, с простором вольным будто бы разговаривая:
- Нигде-то люди не ощущают так жизненную силу, как в этой части мира божьего, где огонь вечность горит! Обретёшь вторую молодость, старик! Печаль свою позабудешь!
После оттолкнула малыша игриво и побежала вновь, а малыш – за ней, - ловя, словно огромную бабочку, платье её разлетающееся!
