заплачу тебе три тысячи долларов!
АЛЕКСАНДР. Пусть так. А врачи, врачи, что говорят?
ВАНЯ (разводит руками). Какие теперь врачи? Моего брата в армию с сахарным диабетом чуть не забрили. Еле отмазали. Мы врачам не доверяем.
АЛЕКСАНДР. Потрясающе! Не пойму, что с вами делать, мужики?! Консилиум придется собирать.
ВАНЯ. Я против, не обижайся! Лесика потом мне не отдадут. Жена, как чувствовала неладное, рожать в деревню, к матери поехала.
АЛЕКСАНДР. Жена... Что жена думает по этому поводу?
ВАНЯ. Она ничего не думает. Она при родах еще умерла. Такой у меня крест по жизни, видать!
Эти снимки рентгеновские мы с Лесиком недавно сделали, с неделю. В детский сад я его хотел устроить. У нас на фирме, где я шефа вожу, хороший детский сад. Но без анализов разных не принимают. Порядок такой. А мне позарез его пристроить надо! До поздней ночи иной раз работать приходится. Бани, рестораны, командировки. Работа нормальная, платят хорошо. Сынуля -- не нарадуюсь! У нас и в конторе все без ума от него. А тут такое дело нехорошее! Мы с Севой обсудили, и он к вам посоветовал...
ЯНА (входит). Ребята, чего вы здесь стоите?
АЛЕКСАНДР. Погоди, Яна. Дело важное. Потом поговорим.
ЯНА. Я от вашего Лесика просто без ума.
ВАНЯ. Нравится? Значит, поможете.
АЛЕКСАНДР. У меня есть отличный хирург, доктор медицины. Его полмира знает.
ВАНЯ. Хирурга! Да ты что! Резать его не дам. Ни за что!
АЛЕКСАНДР. Зачем резать, глупый папаша? Но снимки и анализы, я думаю, придется еще раз сделать. Доверься нам.
В коридор выбегает Лесик с СD-диском в руках.
ЛЕСИК. Тетя Яна мне интерактивную книгу на СD-диске подарила! Папа, нас чай приглашают пить! Давай побудем еще?! Здесь очень интересно.
ТИТРЫ. Вторник. 09.00. Хабаровск.
Из отделения сберегательного банка выходит Антон Поляков. Идет по шумной улице. Мимо проезжают машины. В небе летит самолет, оставляя за собой инверсионный след.
Антон о чем-то серьезно задумался. Тормозит такси.
АНТОН (садится в машину). В аэропорт! Успеем на Питерский рейс?
ТАКСИСТ. Питерский? Я не знаю расписания.
Такси мчится по Хабаровску.
АНТОН. Быстрее. Прошу вас, быстрее. (Лезет в карман, пересчитывает имеющиеся в наличии деньги.)
Паспорт с собой... Деньги... В сберкассу хорошо что зашел... Не знаете, случайно, сколько билет до Санкт-Петербурга стоит?
ТАКСИСТ. Понятия не имею.
АНТОН. А до Москвы?
ТАКСИСТ. Они тарифы каждый день меняют! Во всяком случае, до Гонконга дешевле. Дочка недавно летала. Там шубы вообще нипочем! Вам все равно куда лететь, что ли?
АНТОН. Мне в Петербург, определенно.
ТАКСИСТ. Срочное дело?
АНТОН. Наверное. Сам не знаю. Чувствую -- надо. А зачем?..
ТАКСИСТ. Парень, у тебя все в порядке?
АНТОН (задумался). А... Да, да... В порядке, в порядке...
Антон расплачивается с таксистом, бежит в здание аэропорта, без очереди в кассу. Очередь недовольно бурчит.
Хабаровск. Аэропорт. Сектор отправления.
КОНТРОЛЕР. А ваши вещи?
АНТОН (растерянно). Вещи? Мои вещи?.. Нет у меня вещей...
КОНТРОЛЕР. Странный парень...
Антон с билетом вскакивает в самолет. Садится на свое место. Закрывает глаза. Очнулся. Лезет в карман. Пересчитывает деньги. Осталось три десятки. Машет рукой (что поделаешь, как-нибудь)...
Самолет летит в облаках.
Санкт-Петербург.
В квартире Дмитрия Петровича.
Он рассказывает Александру и Яне о планете Флоя, показывая карту.
ДМИТРИЙ. Дома красивые и очень удобные, из легких подвижных конструкций. Повсюду музеи, библиотеки, не такие, как у нас, конечно, спортивные сооружения. Граждане приветливые, в чистой, добротной одежде. В центре города обычно культовое сооружение, мраморные белые башни с окнами-витражами из цветного стекла, золотые статуи. Реки чистые, прозрачные, воздух наполнен ароматами -- дышится легко и приятно. На этом материке у них около ста городов. Мне даже известно количество населения с точностью до сотен.
ЯНА. Зачем это нужно знать?
ДМИТРИЙ. Не знаю, но я запомнил почему-то. Их тоже подобная информация от меня интересовала, и они сожалели, что я не знаю, сколько жителей в Луге, в Аддис-Абебе, например.
АЛЕКСАНДР. Хм! В Аддис-Абебе?
ДМИТРИЙ. Флойцы были в полном недоумении, когда поняли, что я затрудняюсь вспомнить название страны. Той, где город Аддис-Абеба находится. Они, по-моему, не поверили, что я дальше Московской области по южной дороге не доезжал за свою жизнь.
АЛЕКСАНДР. Да, мы немного путешествуем.
ДМИТРИЙ. У них, по всей видимости, в путешествиях и познании мира -- особый жизненный смысл. Не хочется фраз из утопических учений повторять, но на Флое, как говорится, все принадлежит народу.
ЯНА. Интересно. Вы знаете, Дмитрий Петрович, не могу избавиться от впечатления, что ваш рассказ, извините, напоминает нечто прочитанное в детстве. Я фантастику с десяти до четырнадцати лет просто обожала. Города с неземным небом, вагончики летающие, магнитариусы, чудеса техники и идеальное устройство неземных обществ...
ДМИТРИЙ. Это вопрос? (Яна кивает своими длинными ресницами.) Фантасты ничего, как видно, не придумывают. Нельзя выдумать того, чего не существует. И самые идеалистические мечты где-то находят свое воплощение. Тем более что Флоя для меня -- это планета-сон. Вы понимаете, о чем я?
АЛЕКСАНДР. Наш Кузьмич в свое время на подобный вопрос "А может, вы во сне путешествовали на своем космическом корабле?" ответил: "Может быть!"
Знаете, почему я вспомнил сейчас Александра Кузьмича Молоткова?
ДМИТРИЙ. И почему вы его вспомнили?
ЯНА. Можно, я скажу? Когда Кузьмич встречался там со своим покойным сыном, что невероятно, то он произнес такую характеристику: "Руки его были теплыми, он, Ваня, был как живой. Живой, определенно настоящий мой сын".
АЛЕКСАНДР. Значит, вы проснулись однажды, и в руках у вас оказались эти камни-лиоры?
ДМИТРИЙ. Я боялся об этом вашему милиционеру говорить. Это для него, человека сугубо практического, диагноз. Понимаете какой?
ЯНА. Не случайно я недопонимала, как вы туда, собственно, попадали, на Флою?
ДМИТРИЙ. Попадаю. Путешествия мои продолжаются. Теперь мне предоставили специальный код выхода.
АЛЕКСАНДР. Потрясающе! Теперь я еще больше ничего не понимаю.
ДМИТРИЙ. Я тоже. Но жизнь продолжается, не так ли? Если хотите, я принесу вам с Флои еще что-нибудь интересненькое.
ЯНА. Здорово! Умоляю только, больше ничего не воруйте.
АЛЕКСАНДР. Дмитрий Петрович, сейчас в больнице медленно умирают пилоты того злополучного рейса. Я вам рассказывал. То, чем их пытаются вылечить, -- просто смешно, имея в виду истинный смысл происшествия. Узнать бы, как генерируется световые лучи от таких объектов? Какова их физическая природа? Есть ли способ вылечить летчиков?
ДМИТРИЙ. Яна, они вам сказали, что луч был как бы твердым?
ЯНА. Представляете?
ДМИТРИЙ. Луч. Угу... Я не могу, к сожалению, припомнить. Дело еще в том, что на Флое собственная космическая частота. Отличная от нашей система измерений и, соответственно, другая квантовая теория. Но, честное слово, я не интересовался. Не могу вам сейчас помочь.
Звонок в дверь.
ДМИТРИЙ (идет открывать). Кто это может быть? Ваша ясновидящая, Раиса Федоровна, кажется, назойливая особа, знаете. Он меня достала. Каждый день по телефону названивает. Просится в гости. Что ей так приспичило? Уж не она ли, часом?
Дмитрий открывает дверь.
На пороге стоит Антон. У Антона такое выражение лица, словно он видел Дмитрия где-то и никак не может вспомнить.
АНТОН. Вы меня не узнаете? Я Антон. Антон. Приехал вот! Я вообще-то издалека. Из Хабаровска. Прямо к вам. Не удивляйтесь. Сам пока не знаю зачем.
Дмитрий с удивлением смотрит на Антона и... закрывает перед ним дверь.
Стоит в прихожей. Мучительно вспоминает.
Потом решительно ее открывает.
ДМИТРИЙ. По-вашему, квантовые частицы с массой от одной единицы способны транспортировать материальные структуры?..
АНТОН. Конечно!
ДМИТРИЙ. И в земных условиях?!..
АНТОН. Трудно, но попробовать можно.
ДМИТРИЙ. Нужно!
Александр и Яна смотрят, потрясенные разговором, на двух странных людей.
Больница.
Яна и Александр ждут в коридоре у кабинета главврача.
ЯНА. Хотела Раису Федоровну спросить о том, что будет с экипажем ТУ-154. Но потом засомневалась. Подумала: мы сами, например, хотим ли знать свое будущее?
АЛЕКСАНДР. Я -- нет.
ЯНА. Аналогично. Почему же мы, однако, с такой легкостью желаем иногда владеть информацией о других людях? Ведь судьба -- такая же собственность личности, как и мысли. Мне кажется, со временем человечеству понадобится принимать новые этические законы.
АЛЕКСАНДР. Дай Бог этому самому человечеству не сожрать самое себя. А ты о каких-то этических законах!
ЯНА. Мне что-то не нравится наше долгостояние здесь. Сказали бы прямо. А то вокруг да около.
АЛЕКСАНДР. Он обещал тебе этот разговор.
