Подросток в коме: жить или не жить (вот в чем вопрос!)? Что думают подростки

"Мир изменился, он стал другим"


Так получилось, что после аварии Тимка (Тимофей) оказался в больнице. Кома.

Конечно, он слышал всё, что ему говорили, что при нем говорили. Надоедали постоянные визиты, больше между собой болтали, нашли место встречи, зато скажут, что посещали. Но очень мешали думать.

Зачем он там был? Ведь умереть он хотел уже с семи лет, как появился братишка. Он — бывший любимец и надежда семьи, резко отошел на второй план. Он теперь в статусе "старший" и обязан этим гордиться. Он теперь и второй папа.

А как же детство! Его счастливое детство!

И вообще, нужно ли людям это «счастливое детство»! Живешь себе счастливо «нужды нету — горя нет». А в школу пошел — жизнь другая пошла: учеба, домашки, общение «хочешь не хочешь, а надо», чтоб изгоем не быть, и вечно придирчивые (для статуса "хороший сильный учитель") и недовольные учителя, которые сплетничают на собраниях перед другими, а шестерки поддакивают учителям.

Не от хорошей жизни курить научился в восемь лет, а в двенадцать пришлось познать взрослую жизнь (не родись красивым — достанут и друзья, и враги, и девки (какие они подлые, оказывается, если не угодишь — их планы и осуществления мести порой изощренней психов будет…) Нафиг жениться! Ревновать будет, пилить, доломает мне жизнь, тогда и "диагнозы" начнет ставить свои - "дебил", "больной на всю голову", "ненормальный", "неадекват", это еще мягко сказано. С виду я сильный, а внутри — давно уже сломанный еще в семье, которая считается идеальной. Люди не видят родителей дома - вечный молчун отец и печальная мама.

А тут еще и бро подрос — его проблемы решать надо, помогать в учебе. Ну, "тыжебрат"!

Хотел умереть — умру. Наконец, Бог меня услышал! Но пока я думаю, вернуться или всё-таки к любимой бабушке отправиться да к деду. Вот уж кто был рад моему появлению на свет!

Да только я не пойму, почему я всё еще в портале между двумя мирами! Ни вперед, ни обратно…

И сколько это будет продолжаться?

Слышал, люди месяц лежат. Я сколько, интересно? Даже до тридцати лет. Какой-то кин видел. Правда ли? Надо будет погуглить. Здесь нет ни телефона, ни компа, ничего нет. Скучно так стало. Может, выбраться и домой?

Раньше я читал много, чтобы умней быть. Родителям нравилось. Они всегда любили меня условной любовью, потому приходилось быть примерным мальчиком, но разве нельзя беситься, если хочется, я же не виноват, что не могу укротить внезапные порывы радости. Радоваться нельзя, улыбаться тоже, за дурачка примут.

Они мне покупали умные игрушки, хорошие книжки. Потом бро все сломал, а книжки порвал. Ему с рук сошло. "Онжебратишка"! А что я читал и как давно? Когда вообще я книгу держал в последний раз?

А ведь как было хорошо. Сидишь на кресле в удобных позах, меняешь, никто не ругается, потому что читаю — занят. Не бездельничаю и не гуляю с "шантрапой"!

А книги, и правда, так увлекут, что на время вообще забываешь о себе, что ты есть и ты сидишь в комнате и читаешь. Ты полностью во власти воображения в своем фильме.

Приключения я любил и мечтал ездить далеко и подолгу. Путешествовал автостопом с друганами. Бегал по заброшкам, по крышам, под подвалам. Паркур, как мне кажется, мое призвание. Вот вырасту, буду каскадером в фильмах.

Да уж. Выбор какой-то темный. Мне было (или так и есть) всего четырнадцать лет, а ничего светлого не видел.

Запомнил только этот так называемый «островок детства», который сократили с появлением бро. Братишка у меня пацан не вредный, только он тоже понял, что, если он будет за меня заступаться, то на меня будут лететь шишки — «твой пример». Поэтому он прикидывается ботаном.

Его отдали в музыкалку, в танцевальную студию, чтобы был всегда занят, а не бродил, «как твой брат шляется где ни попадя». А еще он у меня рисует классно, все тетрадки и блокноты исписаны и изрисованы, а родителям это не нужно. Но он знает, что обманет и поступит в художку. Докажет, что важно его личное желание, а то, что они навязывают, он умно решил, что для кругозора и общего развития пойдет.

Кому-кому, а я здесь рад больше всего братишке, отчиму и другу Толяну. Мы с ним уже чуть ли не с рождения вместе. Он — единственный в семье, и это хуже, чем мне. «Эгоист», «для тебя живем»… Тоже сбежал. Ну разве Толик виноват в том, что это бытующее стадное мнение «единственный ребенок всегда эгоист»? Неправда всё это! И старшие, и средние, и младшие, и единственные дети — все одинаково могут стать эгоистами с подачи родителей! Рожали — любили, пока маленькие, дескать, «малые детки — малые бедки». А как подростками стали. Себя забыли, и «они были лучше!» А как же! Бабушка ругала отца и говорила, что я — его копия в детстве, мол, не ругай его, а учи примером.

Эх, бабуля, как мне тебя не хватает!

Бабушка вот смотрит на меня из другого портала. Улыбается и почему-то к себе не зовет, как в детстве. «Потом, потом вернешься ко мне!»

А что там в раю-то? Скучно, мне кажется. Мы с Толяном как-то с крыши хотели полететь, чтоб уж наверняка. Нет, не укуренные были, мы просто устали от жизни. Поехали автостопом до ближайшего города. Бродили целый день, искали подходящие высотки. В каждом доме поднимались до чердака, и все крыши заперты на замок. А до некоторых просто без лестницы не добраться, а их жэушники с собой на лифте поднимают.

Вот, нашли! Это была плоская крыша семндадцатого этажа, сели мы на край. Вот он — рай!

Свобода, никого рядом, небо и высота — птицам хорошо! А там внизу — жизнь страшная. Животных жалко. Потом мы встали на край и стояли долго. Он ждал, когда я прыгну первым. Такой вот послушный друг был, но хитрый, как его бабушка.

Я пожалел его маму и сестренку, которые его любили, и меня кормили вкусно, когда я приходил к нему. Его мама одна их воспитала, отец их не любил, но и развод не дал, зато ушел он к другой жить, к их тете.

Да, не надо прыгать. Кто знает, может мы "там" не встетимся, там много людей и без нас еще с первобытных времен.

А он просто незаменимый и лучший друг! Нужно продолжить жить ради него, в армию пойдем. Потом на сверхсрочную, заработаем и квартиру купим, женимся, ребенков воспитаем.

Надо же, в коме я сам решил и у меня получилось сделать так, как я хотел.

Вернулся.


ПОСЛЕСЛОВИЕ


И прожил Тимка долгую и счастливую жизнь. Братишка стал известным художником. Вместе они путешествуют по миру с его картинами, ведь Тимка теперь его личный спонсор и владелец большоой студии, где сын братишки работает преподавателем искусства, а жена организует выставки картин.

Тимка с семьей перебрался в культурную столицу. Родителям купил отдельную квартиру в Озерках. Толян — его генеральный директор, тоже женился и дружат уже семьями.

Он без секретов рассказал эту историю всем, чтобы люди знали, что в коме слышно всё, не нужно изливать негатив или проливать литры слез, это давит на психику, и отодвигает выздоровление и приближает желание умереть скорей.

А главное, живите здесь и сейчас, и планируйте будущее — мечтайте! Все в ваших руках!

Тим.

1993