Иллюзия Константы. Глава 9

Глава 9. Флаги на башнях.

Ночью кто-то легонько ткнул меня в бок. Кто бы это мог быть? Домашних животных у меня не было. Мыши и крысы не водились (в таких-то хоромах). А вот испуганные мальчики двенадцати лет – вполне. По крайней мере, один точно был.

– Чего тебе? – не открывая глаз, спросил я. – Страшно ночью одному?

– Угу.

– И что теперь мне делать? Свет опять включить?

– Можно, я тут рядом полежу? – попросил он жалобно.

– Ложись, – я подвинулся, – место есть.

Он, сопя, улёгся. Развернул одеяло, которое притащил с собой, укрылся.

«Если так пойдёт дальше, — мелькнула у меня мысль, — потом привяжется — не оторвать».

Всё же на этот раз я не стал проявлять строгость. Пацана забросило в самый настоящий ад. Если его не поддержать, он сломается. А я в своей избушке один, и у меня полно работы. Раньше тут всегда оставалось несколько человек. По крайней мере, Бурук торчал в лаборатории, и Кирилл залетал – провести пару дней, отдохнуть и прошвырнуться по окрестностям на вездеходе. Но теперь один застрял в столице, а другой работал в полевых условиях – то есть в одном из дальних поселений. Оттуда поступила тревожная информация. Там стали замечать падальщиков, а это значило, что и гипнофор ходит где-то рядом. А ассистенты как раз мне были нужны здесь позарез.

Однако по правилам прежде всего я был обязан проинспектировать территорию и только потом – отправляться в путь. Сложность была ещё и в том, что радиосвязь в этом мире действовала лишь в определённое время на восходе Солнца (или как тут называется это яркое круглое пятно, что каждое утро поднимается над горизонтом). Сначала гигантский всплеск фона, затем открывалось временное окно, когда активность затихала. Здешняя ионосфера жила своей собственной жизнью. А длинные и средние волны глохли напрочь.

Утром я должен был поговорить по радио с Буруком и предупредить его о своём скором прибытии и о том сюрпризе, который у меня появился для него. Он места себе не найдёт, пока не схватит обеими руками странный предмет, доставленный с Земли, и не оближет, обсосёт, обласкает его со всех сторон – фигурально, конечно, выражаясь. Фанатик.

Мои мысли прервала возня у правого бока. Лохматая голова уткнулась мне в подмышку, а рука нахально расположилась у меня на груди. Я двумя пальцами аккуратно убрал чужую конечность со своего тела, но она вернулась снова – и я сдался.

«Леший с ним, — подумал я, — смогу и так заснуть». А с завтрашнего дня пусть приучается жить по-взрослому. Иначе не выживет. И не из-за хищников – а из-за себя прежде всего.

«Завтра, всё завтра», – сказал себе я и мгновенно заснул. Снился мне большой слон, летящий по ветру на своих громадных ушах.

Утром я обнаружил, что Юра уже давно проснулся, но – видать – не решался разбудить меня и лежал, почти не шевелясь.

– Подъём, – сказал я.

Он вздрогнул от неожиданности, но облегчённо вздохнул.

– Я думал, сколько ты ещё будешь спать.

– Обычно я себе позволяю такую спячку, только если реально устаю. Вчера был как раз такой случай. А теперь – в холодный душ!

Он икнул, но протестовать не стал. Наверное, понял, что здесь особые правила.

– План у нас такой на сегодня. Первое – связаться с друзьями по радио. Второе – тренировка. Третье – проехаться по окрестностям. Четвёртое – собрать вещи и продукты для людей. Пятое – отбыть не позже четырнадцати часов по местному времени.

– Куда?

– Прокатимся по местам. Надо собирать группу. Появилась важная работа.

Мы пошли в ванную комнату, где я его от души обработал обжигающе-контрастным душем. Он не проронил ни звука – только хватал ртом воздух. Я похвалил:

– Молодец. Дома такими процедурами баловался?

– Нет, но мы… в баню ходили, а потом – в сугроб прыгали.

– Экстрим, – сказал я, – уважаю.

Я обтёр его полотенцем и выдал ему новую пару одежды: шорты до колен и балахон с короткими рукавами.

– Это для упражнений. Сейчас мы с тобой пойдём на крышу.

– Тренироваться?

– Да. Надо научить тебя, как пользоваться оружием.

– А, да, ты ж обещал меч.

– Дружок, слово «обещал» сразу можешь выбросить. Здесь оно не катит. Если я о чём-то говорю в будущем времени, то я либо сообщаю свои планы, либо строю предположения.

Он молча кивнул. Судя по виду, понял.

Я оставил его в коридоре и зашёл в оружейную. Взял два тренировочных меча, имитирующих «вакидзаси» и «катана» – с хорошей балансировкой, захватил и защитные приспособления.

Увидев это снаряжение, мальчик разочарованно вздохнул.

– Хотел настоящее оружие? – спросил я. – Получишь и его, но не сразу. Меч – это не шутка. Он как конь: если не умеешь с ним обращаться – может тебя покалечить.

– Он что, живой?

– Именно так, – ответил я, оставляя мальчика в некотором недоумении.

Мы отправились на крышу.

Клаус в доспехах стоял там, где ему полагалось быть, надёжно блокируя люк. Я мысленно поздоровался со своим молчаливым приятелем и ощутил тёплый отклик – где-то на грани сознания. Мы с мальчиком открыли железную дверь и вышли на открытый воздух. Было ещё сумеречно, но очертания предметов уже вполне проявлялись.

Юра ойкнул.

– Что ты? – спросил я.

– Мне показалось…

– Если тебе что-то ПОКАЗАЛОСЬ, ты сразу говори мне. Ты посчитаешь это бредом, а оно может как раз оказаться очень важным. Так что «показалось»?

– Вроде твой… как это… пеп…

– Пепелац – такой летающий прибор – с планеты Плюк. Так что он?

– Он вроде… как бы мяукнул, что ли. Или муркнул – как кот.

– Вот это новости! Я от него такого никогда не слышал.

Мальчик действительно озадачил меня своим заявлением. Клаус относительно спокойно принимал в себя всех людей, которых мне удавалось подхватить после переброски, спасая от местной метафауны. Но никто из них не говорил мне, что слышит какие-то звуки с его стороны или что вообще мой аппарат общается с ним. Хотя… Всё когда-нибудь происходит впервые. И я мысленно записал в список первоочередных дел: «Надо бы присмотреться внимательнее к этому подростку».

– К краю не подходи, – сказал я ему, ткнув пальцем в разметку, нанесённую на поверхность плоской крыши, – оставайся внутри белого квадрата. Его хорошо видно даже в сумерках. Можешь пока размяться, даже помахать мечом. Этот – тренировочный. Вреда от него не получишь. Я пока свяжусь с ребятами.

Я прикрыл дверь своего «стакана», оставив мальчика снаружи, и включил пульт управления. Наступал час рассвета.

Разговора не получилось. Бурук начал ворчать, как только узнал про то, что я спрятал ценную находку в холодильник. Кирилла не оказалось на месте, он с раннего утра совершал объезд территории – вот приспичило ему! Я предупредил, что собираюсь прибыть около полудня, и отключил связь.

Мальчик ходил по крыше, размахивая мечом в разных направлениях, и ртом производил звуки, напоминавшие шипение змеи. Я отметил, что он пару раз наступил на разграничительную линию, но за неё не вышел – и это было хорошо. Своё положение в пространстве он вроде бы контролировал.

Я подошёл к нему, поправил защитный шлем (он слегка перекосился) и сказал:

– Теперь давай по-серьёзному. С самого начала: как держать, как стоять, как двигаться. Как вынимать оружие, как вкладывать. Мелочей здесь нет, каждое движение отработано до миллиметра. Ты понял? Если что-то непонятно, обязательно спрашивай.

Я начал объяснять ему базовую технику. Позиции, шаги, повороты. Сначала с руками на поясе, затем с оружием.

– Запомни, меч – это оружие, которое может порезать тебя ничуть не меньше, чем твоего противника. Поэтому если, например, ты немного переставишь палец, вынимая оружие из ножен, – пальца у тебя больше не будет. А значит, ты больше не боец. Перед тем как вернуть меч в ножны, нужно стряхнуть кровь. Если ты этого не сделаешь, то в следующий раз ты его просто не достанешь – там всё слипнется. Так что «тибури» (стряхивание крови) – это не просто ритуал, это практическая необходимость. Вкладываешь меч медленно, ножны на последних сантиметрах подаёшь навстречу рукояти…

– А почему вкладывать надо медленно?

– Честно скажу, какое-то время назад я сам бы тебе не ответил. Просто сказал бы, что так надо. Но один раз я сделал это быстро – и испортил ножны. Меч воткнулся там внутри и потом попадал в это место снова и снова, с каждым разом расширяя борозду. Понял? Ножны пришлось выбрасывать.

– Да. Вот так надо?

Он попробовал вставить меч, получилось довольно сносно.

– Можно чуть быстрее, но обязательно плавно – не дёргая.

Отработали технику выхватывания меча. Удары, защитные движения, выпады.

– Когда атакуешь, бей ногой в пол, той, что сзади, чтобы усилить удар. Когда защищаешься – бей той, что впереди. Блокируя, не препятствуй его оружию – зачем зря калечить свой меч? Если удар попадёт в плоскость – лезвие может и переломиться пополам. Ты должен будто бы помогать движению нападающего, но переводить его в нужную тебе траекторию. Высший пилотаж – это если твой противник ранит себя своим же остриём. Давай на примере диагонального удара. По дуге бей мне между шеей и плечом.

Мальчик рубанул меня, силясь попасть в яремную вену. Я подхватил его движение лезвием около «цубы» и по дуговой траектории поднял руки. Его меч скользнул по моему лезвию, и я «перерубил» пацана в районе поясницы. Он повернулся ко мне и удивлённо заморгал.

– Как это?

– Вот так. Попробуй сам – это как танец, надо просто вести партнёра, а не тупо упираться в него всей своей массой. Ты ведёшь его туда, куда тебе надо.

Мы работали два часа. Мальчик вымотался, но был готов, казалось, продолжать до полного изнеможения.

– Настоящее мастерство у тебя появится не сразу. Оно придёт так, что ты сам не заметишь. Но для этого надо тренироваться каждый день. А то, что ты себя не жалеешь, – это даже хорошо. Будет толк. Отдам тебя на воспитание Мастеру Мечей.

– Кому?

– Есть тут один интересный человек. Его прозывают Фехтовальщиком или Мастером Мечей. Он меня кое-чему научил. У него и времени свободного больше, и дело он лучше знает. Так что пойдёшь к нему с моей рекомендацией.

Я снял шлем с мальчика и увидел самую глупо-восторженную из всех улыбок. Не выдержал и расхохотался.