АЛМАЗЫ ОТ НИЩЕНКИ (детектив). Глава 7.
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Детектив
Автор:
Баллы: 21
Читатели: 581
Внесено на сайт:
Действия:

АЛМАЗЫ ОТ НИЩЕНКИ (детектив). Глава 7.

           
Глава 7

              На пороге Зину встретила мама, странно сияющая после дневного потрясения, с молодым румянцем на щеках и в своём лучшем платье.
              - Доченька, папа вернулся!
              - Как вернулся? – опешила Зина. – Не может быть! После пятнадцати лет отсутствия?!
              - Четырнадцати, – заискивающе поправила мама. – Он расстался со своей, вот и вернулся.
              - Мама! Не будь наивной! Его, наверное, выгнали! Негде жить – он о нас и вспомнил.
              - Да, доченька! Негде! Разве можно его выставить на улицу? Он же твой отец! Да и эту квартиру он нам оставил, ничего не взял! Да и деньги давал на твоё воспитание! – возбуждённо шептала мама.
              - Ну, не так и часто, и то через почту, а не сам. Я даже не помню уже, как он выглядит! – пыталась возразить Зина, уже понимая, что противостоять матери невозможно. – Где же он поселится?
              - В твоей комнате. Мне ведь с ним в одной комнате неудобно, сама понимаешь! А ты переселишься ко мне.
              - Я очень рада! – с сарказмом ответила дочь. – И где он сейчас?
              - В кухне! Изголодался очень! Пойдём, поздороваешься!
              - Что-то нет желания!
              - Идём! Идём! – настаивала Клавдия Петровна.
              В кухне спиной к окну лицом к двери сидел блудный папа, уплетая за обе щеки яства с щедро заставленного стола. Зиночка про себя отметила, что папуля, действительно, изголодался – что-то больно с лица спал, помнится, был более упитанный, когда жил с ними.
              - Здрав-ствуйте! – произнёс растерянно мужчина, привстав с табурета и всматриваясь в лицо вошедшей девушки.
              Клавдия Петровна, видя, что отец не узнаёт родную дочь, пришла на помощь:
              - Витя, вот и Зиночка – доченька наша! Видишь, на тебя похожа!
              - Да-а-а! Быстро летит время. Выросва дочка, красавицей става! – заблеял свалившийся как снег на голову папочка. Вытерев тыльной стороной ладони блестящие от жира губы, он двинулся к Зине, видимо, целоваться. Девушка попятилась из кухни и в дверях в запальчивости выкрикнула:
              - Не рассчитывай на мою благодарность, родственничек! Мы пятнадцать лет обходились друг без друга! Я не хочу ничего менять в своей жизни, по крайней мере, из-за тебя!
              Рассерженная Зина отправилась в свою комнату. Обнаружив в ней тощий пыльный чемодан, вначале с досады пнула его ногой, затем выставила прочь.
              - Не хочу! Не хочу! Не хочу! – как маленькая, повторяла она, упав в кресло. – Что за день?! Да и вчерашний не лучше, и позавчерашний! Какая-то чёрная полоса в моей жизни! Три трупа да ещё и блудный папуля на мою бедную голову!
              В дверь заглянула мама:
              - Доченька, что нам делать? Папа засобирался уходить. Расстроился, что ты против! Но ему некуда идти!
              - В этом-то и дело! Вспомнил бы он о нас, если бы хорошо жилось! Пусть идёт в гостиницу!
              - Долго ли он проживёт в гостинице на свою зарплату?! А ты жестокая стала! Что ж, выгнать его, как собаку?!
              - А, делайте что хотите! – сдалась, наконец, Зина, понимая, что мать рада возвращению когда-то сбежавшего от неё мужа.

              Таню распирало от новостей. Она махом взлетела по лестнице на пятый этаж, вдавила кнопку звонка и не отпускала, пока ей не открыли.
              - Воды! Дайте мне воды! – взмолилась она.
              Зина сбегала на кухню и вернулась с бокалом компота.
              - Ох! Холодненький! Спасибо! – жадно припала Таня к запотевшей чашке. – Это что за мужчинка у вас за столом сидит? И тётя Клава какая-то сияющая! Кавалер её? Извини за любопытство!
              - Папаша объявился! Жена выгнала, негде жить, вот о первой семье и вспомнил.
              - Чей папаша? Твой?
              - Ну не мамин же!
              - Так он у вас теперь жить будет?
              - В этом-то и дело, догадливая ты наша! – продолжала злиться Зина.
              - Ну и дела! Ладно, остынь! Надо в каждой неприятной ситуации находить положительный момент!
              - Интересно, что тут положительного? Мне за маму больно! За себя! Пятнадцать лет назад мы еле пережили его внезапный уход! Бедная мама так и не устроила свою жизнь! А я не могла понять, как он мог нас предать, как мог отказаться от родной дочери! Мне в детстве казалось, что он меня любит! А я его как любила! Когда он нас бросил, я ночами плакала от жалости к себе и маме. Потом решила, что все мужчины – потенциальные предатели. Может, оттого в моей жизни до сих пор и не появился мужчина.
              - Зинуль, ты же любишь маму. Посмотри, ведь она простила мужа и очень рада его возвращению. Ей неважно, по какой причине он вернулся. Она счастлива, и всё! Вот в этом и есть положительная сторона этой ситуации, поняла? И ты прости! Хотя бы ради матери!
              - Ладно, психолог, я потом подумаю над этим, – тяжело вздохнула Зина. – Теперь рассказывай, что узнала.
              - Мне повезло. Я позвонила в квартиру слева – ни ответа, ни привета. Тогда я позвонила в квартиру справа, и там оказались обе соседки в полной боевой готовности. Они гоняли чаи и как раз обсуждали новости, связанные с убийствами. Мне очень обрадовались. По-моему, сказка, что я из соцзащиты и пришла узнать об условиях быта инвалида, пролетела мимо ушей обеих. Со мной они были страшно болтливы. Вначале расскажу, что я узнала об убийстве инвалидки.
              Около десяти утра соседка, что живёт слева, решила сходить за хлебом, вышла на площадку и увидела, что дверь в квартиру Клепиковых приоткрыта. Она из любопытства покричала с порога: мол, что это дверь у тебя, Маша, нараспашку, закройся. В ответ тишина. Она вошла в квартиру и ахнула! Всё перевёрнуто вверх дном, из шкафов всё вывернуто, на полу вещи валяются. Сама женщина сидит в своей каталке, голова откинута на спинку, на вопросы не отвечает. Соседка почувствовала, что дело пахнет керосином, вернулась в свою квартиру и позвонила в милицию. Потом она узнала, что инвалидку задушили подушкой, которая валялась рядом, на полу. Да, она ещё рассказала, что один из милиционеров привёл в квартиру овчарку. Так как эта соседка была привлечена в качестве понятой, она видела, как собака обнюхала убитую, обследовала все углы комнаты, подбежала к окну, встала передними лапами на подоконник и стала рваться наружу. Молоденький рыжий милиционер – ну, который к нам потом приходил – вытащил её из квартиры, они оббежали дом, появились у окна со стороны улицы. Там пробыли некоторое время, и рыжий крикнул: «След взяла». Двое из приехавших тут же вышли, а остались двое: один фотографировал, другой всё по вещам да по подоконнику лазил, кисточкой обметал, да плёнку накладывал. Видимо, это был тот, который у нас отпечатки пальцев брал.
              Позже, когда соседка подписывала бумаги, вернулся рыжий с ищейкой, которую снова направили в комнате по следу, только теперь собака выпрыгнула в окно, и рыжий за ней следом. И они побежали от дома наискосок – соседка из окна смотрела. То есть собака нашла всё-таки след того дядьки, которого мы с тобой со спины видели.
              - И всё? Это всё, что ты узнала? – разочарованно протянула Зина.
              - А, интересно? Вот так-то лучше! А то я уже было подумала, что ты  действительно потеряла интерес к расследованию, – ободряюще подмигнула Татьяна.
              - Так что ты узнала ещё? Не томи! – взмолилась Зинаида.
              - А нас тётя Клавочка покормит или теперь меня снимет с довольствия?
              - Погоди о еде думать! Сначала рассказывай, тем более маме сейчас не до нас!
              В это мгновение дверь приоткрылась, и в комнату заглянула Клавдия Петровна. Глаза её ещё больше сияли, подкрашенные губы подрагивали в довольной улыбке. С вопросом «можно?» она ввела за руку вновь приобретенного, побитого жизнью мужа.
              - Танечка, вот папа Зиночкин вернулся, будет теперь с нами жить, – произнесла она дрожащим от радости и волнения голосом и, поглаживая его худую жилистую руку, представила их друг другу: – Виктор Иванович! А это Танечка – лучшая подруга нашей Зиночки.
              Дочь наблюдала за этой сценой с некоторым недоумением. Как легко мама простила мужу предательство! Наконец Клавдия Петровна увела супруга, пригласив девчат отметить событие вкусным ужином.
              - Хорошо-хорошо, придём через десять минут, – пообещала Зина вслед и с нетерпением набросилась на подругу. – Рассказывай скорей!
              - Так вот! Убитые сестры Клепиковы при жизни не были монашками! Соседки говорят, что к ним днём никто не приходил, кроме брата и иногда его жены. А вот соседка слева несколько раз ночью видела в глазок мужчин. Разных, но всегда по одному. Долго, правда, не задерживались в квартире. Соседка как-то поинтересовалась у инвалидки, что, мол, по ночам женихи к Свете ходят, не мешают ли Марье Ильиничне. А калека, знаешь, что ответила?
              - У-у! – замотала головой Зина...............................................................................



Оценка произведения:
Разное:
Обсуждение
     01:10 11.11.2013 (1)
Как же много глав вышло, пока меня на сайте не было. Сегодня всё не осилю, но за пару дней управлюсь!

Да уж, у героев жизнь бьёт ключом, папочка блудный явилсо... Дочурку комнаты собственной лишил. Вот такой я читатель не романтичный, вроде радоваться надо, а я о практической стороне вопроса думаю.
     13:40 11.11.2013
Спасибо, Олик, что продолжаешь читать.
Я тоже за практическую сторону вопроса и справедливость. Не лишил папенька дочку комнаты: в кухне разместился, на раскладушке.
Книга автора
Шурик с Яблочной улицы 
 Автор: Наталья Коршунова
Реклама