Бояре Рюрика. Глава 3. (страница 1 из 2)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Приключение
Проза к празднику: Прощеное воскресенье
Автор: М.Лютый
Баллы: 6
Читатели: 165
Внесено на сайт: 18:25 23.03.2016
Действия:

Бояре Рюрика. Глава 3.

(819 г. от Р.Х.)

Крепкий, как кряжистый дуб, Остромысл, растягивая удовольствие, выпил ковш браги, смачно крякнув и вытерев с усов пену, потянулся к копчёному медвежьему окороку и отрезал себе ломоть:
- Ты мне поверь, дело – верное. Ты же – купец, и выгоду должен видеть. И всего что от тебя требуется: ладью одну дать, да гольтепу помочь вооружить. Чай в твоих лабазах полно оружия-то?!
Сидящий напротив Градомир обсасывал шейку запечённого гуся и обдумывал предложение Остромысла, а тот продолжал:
- Сейчас самое время. Большинство данов уплыли фризов пощипать. У их городов охраны мало осталось, и мы их запросто на щит возьмём. Сведения верные, не сомневайся. Ты только подумай – пятая часть от добычи твоя!
Градомир ухватил щепоть кислой капусты и бросил её в рот. Смачно хрустя, спросил:
- Мне пятую часть, а остальное тебе?
- Мне тоже пятую часть.
- Я что-то не пойму – а остальное кому?
- Половину княжичу Вратибору и его дружине, а остальное всем тем, кто с нами на данов пойдёт.
Градомир понимающе кивнул головой. Дружина княжича Вратибора – это опытные воины его отца князя Руса, прошедшие с ним множество битв, которые были не согласны с выбором князем Яромира – другого сына Руса от другой жены. Яромир был резок, отчаянно храбр до безумия, но воинам был больше по душе уравновешенный и здравомыслящий Вратибор.
Градомиру он тоже нравился, но принимать решения с наскока не привык:
- Пятая часть добычи – не такая уж и большая, чего ты так стараешься ради этого похода?
Остромысл немного замялся и плеснул себе в ковш немного браги:
- Понимаешь - много здесь шалопаев развелось. Работать не хотят, пьянствуют, как бы здесь до озорства не дошло. А так уйдут они с нами в набег, так и здесь спокойней будет. А вернутся с добычей – какая-никая выгода и прибыток будет.
- Это ты до этого додумался?..
Остромысл опять замялся и нехотя произнёс:
- Князь Яромир попросил. Хочет он, чтоб порядку больше было. Да и брата Вратибора просил с собой взять – пусть боевого опыта поднаберётся…
- А князь брату воинов ещё даёт?
- А зачем? Я ж говорю, что даны на фризов уплыли. Мне сам князь об этом сказал.
- Сам князь?..
Градомир задумался – неспроста всё это, неспроста:
- Так сколько всего воинов на данов с собой возьмёшь?
Остромысл оживился:
- Я с воинами на ладье, княжич на пяти. Ещё твоя ладья да моих две, на которых всех охочих людей размещу. Вот и считай – больше полторы сотни воинов.
- Ладно, дам я тебе ладью. И всех желающих идти на данов вооружу. Пусть в лавку приходят, а оружие после похода вернут.
- Само собой…
- Это не всё. Я со своими воинами на одной ладье тоже на данов пойду. На сброд надёжи нет – какие они воины?!
- Но я не могу из добычи тебе выделить больше, чем пятая часть… - Заволновался Остромысл.
- Ничего. Главное – эту пятую часть вовремя себе на ладью положить…

*   *   *

- Оскол – неслух, ты где пропал? – У открытых дверей хлева раздался зычный крик княжьего ключника Билюда.
Из хлева с большими деревянными вёдрами полными свежего навоза вышел широкоплечий молодец лет около двадцати и уставился сверху вниз на невысокого и худосочного ключника. Его высокий рост скрадывала небольшая сутулость, видимо от постоянного ношения различных тяжестей. Босые ноги его, а также портки и рубаха были измазаны тем же навозом.
- Чего шумишь? – Глухим басом произнёс Оскол. – Сам же велел в хлеву убрать.
- Сколько можно ковыряться здесь? Вон уже свиньи визжат – голодные, а он всё в хлеву не может убрать, как будто неделю не убирал.
- А ты вели поменьше коров кормить, тогда быстрей буду прибираться.
- А молоко тогда откуда брать будем? Чай любишь его - молоко-то?
- А оно мне достаётся? – Усмехнулся Оскол. - Хорошо хоть квасу вдоволь.
- Дерзишь, неслух. Вот скажу князю – он тебе задаст.
- За что? За то, что у коров долго убирал?
- Он найдёт за что. Скажу, что ты ночью к девкам в девишную лазил.
- Так я ж не лазил!
- А я скажу, что лазил. Испугался? То-то. Помни, кто тебя, сироту, выкормил и на ноги поставил.
Оскол поставил вёдра на землю:
- Я об этом всё время помню. Позволь в благодарность я тебя обниму.
Оскол широко раскинул свои руки и шагнул к Билюду. Ключник в ужасе, посматривая на пятна от навоза на его одежде, попятился назад:
- Ты чего это, чего?.. Задушишь ещё, медведь этакий. Ты это, заканчивай давай скорей, да свиней покорми. Там тебе уже девки целую бочку помоев подготовили. – И Билюд бочком, бочком посеменил прочь.
- Так я уж закончил. – Заулыбался вдогонку ему Оскол.
В пекарне, куда зашёл Оскол, стоял стойкий запах кислого теста, перебиваемый ароматом свежевыпеченного хлеба. Молодые, испачканные в муке девки и жёнки, которые месили тесто, увидев Оскола, захихикали и, переглядываясь и бросая на него озорные взгляды, начали перешёптываться меж собой.
- Где здесь помои-то? – Смущённо, переминаясь с ноги на ногу, спросил Оскол. – Билюд сказал, что для свиней приготовили.
- А ты Милолику попроси, чтоб показала. – Засмеялись девки. – Тебе она не откажет.
- Ты чего сюда пришёл-то весь в дерьме? – Властно закричала пожилая и дородная тётка. – Чай хлеб для князя и для дружины печём. Ещё не хватало, чтоб навоз ненароком попал…
- Тётка Скрева, так Билюд же сказал… - Начал оправдываться Оскол, но та его перебила:
- Билюд наговорит – только слушай. Бочка – чай во дворе, а не в пекарне. – Скрева отломила здоровенный кусок душистого и ещё тёплого только что испечённого хлеба и протянула его Осколу. – Вот, поешь потом.
Милолика подошла к Осколу:
- Что ж ты так испачкался? Давай снимай хоть рубашку – постираю…
- Чего одну рубашку?! И портки снимай! – Засмеялись девки. – Милолика, помоги ему.
Оскол не стал дожидаться очередных подначек, повернулся и вышел, закрыв за собой дверь.
- Злые вы – нехорошо человека обижать. – Милолика вернулась на своё место.
- Милолика, скажи, - допытывались девки,  - не боишься с ним обниматься? Вон какие у него ручищи-то! Небось такой детина обнимет – все косточки захрустят.
- Нет – он ласковый. – Улыбнулась она в ответ. – Он даже лишний раз обнять боится.
- Сватов не собирается засылать? – Спросила одна.
- Пока нет. Обещал заслать, как только воином станет.
- О-о! – Все засмеялись. – Когда это будет! Разве князь его от коровьих хвостов отпустит? Чтоб воином стать – надо мечом владеть, а не за хвосты коровам дёргать.
- Хватит парня оговаривать! – Властно повысила голос Скрева. – Робкий – не значит плохой. И работы никакой не чурается. А ну хватит галдеть – работа не ждёт.

*   *   *

Оскол стоял в ручье по колено в воде и яростно отстирывал пятна от навоза, въевшиеся в рубашку. Выстиранные портки уже сушились на камне. Оскол который раз потёр пятна глиной, а затем опять начал смывать водой.
- Оскол! – С крутого берега сбежал Рюрик. – А я тебя ищу. Мы же хотели с тобой ладью нашу конопатить.
- Там нужно несколько досок заменить – сгнили они от старости, а потом уж конопатить.
- А я надеялся, что под парусом в море выйдем.
- В следующий раз. Ты только смолы достань! – Отжимая рубашку и вылезая на берег, сказал Оскол.
- Я достану! – Пообещал Рюрик. – Тогда может - на мечах сразимся?
- Можно и на мечах.
- А «солнышко» мне ещё раз покажешь, а то у меня не получается так же ногами перебирать, как ты.
- Покажу и «солнышко». Ты, когда «солнышко» делаешь, о ногах не думай, а думай о противнике, понял?
- Понял. Оскол, смотри!
Отрок достал из-за пазухи кинжал в украшенных серебром ножнах.
- Откуда он у тебя? – Раскладывая на камне рядом с портами рубашку, спросил Оскол.
- Князь подарил.
- Князь Яромир?
- Не-ет. – Замотал головой Рюрик. – Князь Вратибор.
- Не называй его так. Он княжич, как и ты.
- А я буду… - Надул губы Рюрик.
- Да никак ты злишься на князя Яромира?!
- А чего он! – У отрока дрогнул голос.
- Рассказывай – что случилось?
- Он меня прикормышем обзывает, да и дети его…
- А ты, значит, обиделся?
Рюрик молча присел на камень рядом с сушившейся одёждой Оскола.
- А ты терпи и помни, что ты - княжич. И обиду свою и свой гнев не показывай. Не в этом сила княжеская. А сила княжеская - в поддержке народа и дружины. А сейчас, когда нет у тебя никакой силы - терпи. А сила будет тогда, когда люди за тобой пойдут, когда дружина будет, когда правду людям будешь нести, а не зло и обиды. Здесь ты – никто, и за тобой никто не пойдёт. Потому что здесь все помнят, что ты – бодрич. Может нам вернуться к бодричам?..
Рюрик горестно покачал головой:
- Мне туда ходу нет. Как теперь докажешь, что я княжеского рода? Если бы моего


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу
Обсуждение
Георгий Шевченко      21:31 23.03.2016 (1)
Как же это приятно читать! Прям тело силой наливается. И девок ладных да убористых цело
вать хочется. Ох яблочков молодильных бы, да  тряхонуть бы силой молодецкою! Лютый спасибо, ладно сказываешь приятно читать.
М.Лютый      05:49 24.03.2016
Спасибо за оценку...
Книга автора
Паровоз в облаках 
 Автор: Кристина Рик
Реклама