Михаэль Рамос под конвоем отвёл меня в специально выделенную каюту, где стал проводить опись моих вещей.
– Рад, что всё разрешилось миром, – с удовлетворением произнёс он перед тем, как сесть за стол.
Заполняя протокол о моём аресте, Рамос добросовестно выполнял свои обязанности. Я радовался, наблюдая за ним, потому что он, будучи в звании капитана службы внутренней безопасности, на базе разведчиков пошёл мне навстречу. Это говорило, что Рамос нормальный, ещё не испорченный космической бюрократией человек.
– Я тоже рад, что всё закончилось лучше, чем могло. Мы летим к ближайшему административному центру? – поинтересовался я из вежливости.
Я уже знал, что он ответит – планета Белла в системе звезды РН132. Она единственная обитаемая, развитая и самая близкая к XL17 планетарная система. Там находился административный центр этого района известного космоса, там же проводили юридические разбирательства. Как я предполагал, так он и ответил.
– Туда, ты молодец, Паркс, достойно держишься, – добавил Рамос таким тоном, что не понятно, то ли он издевался, то ли говорил серьёзно. – Вижу, твой разум ещё при тебе. Только где он был, когда ты убедил Богданова нарушить устав космофлота? Ну, "друзья", и наворотили вы дел. По полной программе.
– Что с Богдановым?
– Он ранен и тоже под арестом. Богданов забросал нас дымовыми шашками, и мы были вынуждены применить оружие, – заполняя документы, Рамос кинул на меня изучающий взгляд. – Не смотри на меня так. Он тяжело ранил двоих десантников, своих же товарищей. Ты, кстати, когда мы пытались взять тебя на посадочной площадке, огнём с аэромодуля тоже задел троих. Что ты сказал тогда Богданову?
– Попросил, чтобы он всего лишь отвлёк вас, и я смог улететь туда, где всё началось. Ты же был со мной у лифта на второй подземный уровень базы и видел, с чем мы здесь встретились.
– Верно, не спорю. Это была она? Та самая Этта Варшавская, которая застрелилась на Ириде? – как профессионал своего дела, он резко поменял тему разговора.
Пытаясь подловить меня, Рамос полностью ушёл в свою работу. Я понял: что-либо объяснять сейчас бесполезно, решил не рисковать, и дождаться более удобного момента.
– Нет, – холодно ответил я.
- Что нет?
– Это была не она, это проекция с моего сознания, и у неё, если ты заметил, был нечеловеческий взгляд, – объяснил я, обдумывая каждое слово.
– Что всё-таки произошло на XL17e? И с чего ты, Паркс, так внезапно полетел в квадрат М11? – Рамос не сдавался и, похоже, не собирался отступать.
– Контакт первого уровня, который пошёл не так, как мы рассчитывали. Нам сильно повезло, что удалось вывести наших людей оттуда живыми. Я хотел проверить свои догадки там, где произошло первое нападение на косморазведчиков. Они подтвердились. Все новые данные, согласно инструкции, мы уже передали в Центр, – я твёрдо решил лишнего не говорить, и даже немного приврал.
Как ни крути, но Рамос – офицер службы внутренней безопасности космофлота, который меня допрашивает. И он исправно выполнял свою работу.
– Ты – опытный космолётчик. Не могу поверить, что ты не знал, что нарушаешь устав, когда на базе вступил в прямой контакт с тем, что увидел? Неужели не понимал опасности такой близости с неизвестным разумом?
– Нет, тогда я думал только о тех, кто ждал нашей помощи. Насколько я вижу, ты всё обо мне знаешь, как, наверное, и то, что мы с Зарубиным работали когда-то в Спасательном корпусе. Приоритет там один – любой ценой спасти людей.
Рамос на мгновение оторвался от своей работы и взглянул на меня уже надоевшим за время нашего знакомства изучающим взглядом.
– Красиво сказал, не придерёшься, но поражаюсь твоему легкомыслию, Паркс. Ты же должен понимать, что любая неизвестная форма разумной жизни может нести опасность всему человечеству.
Я принял правила его игры, и решил идти до конца.
– Для того я и сбежал от тебя и полетел в квадрат М11, чтобы это выяснить. Возможно, этот контакт принёс результат, и на этой планете больше никто не погибнет! – я не стал говорить, что в квадрате М11 снова встретил Этту.
– Ну и как, получилось? Кстати, что там произошло? Мы были готовы применить оружие и применили бы, если бы не девушка из вашей команды, которая защищала тебя, как львица!
– Да, там я понял, что сделать, чтобы подобное больше не повторилось. Это тоже указанно в нашем отчёте. Если нужна копия, обратись к Марку Карлену, новому руководителю контрольной экспедиции XL17е, – я решил больше ничего не рассказывать.
Тем более, я так и не мог вспомнить, что произошло после того, как Этта взяла мою голову в ладони, и я заглянул в её глаза. «Молчание — золото!» – твёрдо решил я.
Впереди серьёзное испытание, поэтому главные козыри в этой игре я решил раньше времени не доставать. «Коалиции» осталось выйти из планетарной системы XL17 в межзвёздное пространство, совершить "прыжок" к звезде РН132 и долететь до планеты Белла, где нас, скорее всего, уже ждут. Косморазведчиков с XL17е отдых и восстановление, меня непростое разбирательство и, возможно, конец карьеры. Дело было серьёзным. Я не только нарушил устав космофлота, но и применил против десантников, пытавшихся арестовать меня, оружие. И тот факт, что я целился поверх голов, не желая причинить вреда, доказать будет непросто. Я случайно ранил троих, и это работало против меня. Перспективы оказались далеко не радужные.
Рамос закончил заполнять документы и отложил их в сторону.
– Не знаю, что решит разбирательство по твоему делу. С одной стороны, войдя в контакт первого уровня, ты поступил правильно. Это помогло спасти людей, с другой, ты нарушил нормы безопасности. Уверен, что этот разум не враждебен? – поинтересовался он без официальных ноток уже нормальным голосом.
– Да, иначе мы все погибли бы ещё на базе разведчиков. Это сознание превосходит наше на несколько порядков. Оно ведёт себя с нами так, как если мы обнаружили бы разум у опасных бактерий и попытались договориться с ними о симбиозе, – я кратко сформулировал словами то, что произошло на XL17е.
– Надеюсь, ты прав. Пусть это решают другие, но то, что я видел, говорит в твою пользу. Это я, кстати, тоже указал в отчёте. Может, моё мнение и пригодится при разбирательстве, – задумчиво произнёс Рамос и, взглянув на часы, добавил: – Думаю, ты понимаешь, теперь всё зависит от твоего поведения под арестом. Надеюсь, проблем больше не будет, хотя охрану я всё-таки оставлю. Если понадоблюсь, обратись к десантникам возле двери.
– Спасибо, Михаэль. Не беспокойся, проблем со мной больше не будет, – успокоил я его, радуясь в глубине души, что не ошибся в этом человеке.
– Надеюсь на это, – Рамос вышел из каюты, оставив меня наедине со своими мыслями.
Я остался в одиночестве, и со мной стало происходить что-то непонятное. В сознании начали возникать необыкновенные картины и образы планеты XL17е. Я словно видел её с другого ракурса и смотрел на неё не как офицер космофлота, смотрел как обычный человек. Она оказалась прекрасным живым существом с наполненными жизнью густыми лесами, бурными реками, величественными пустынями и глубокими океанами... Планета дышала и давала дышать всему живому на ней!
XL17e и в самом деле была единым разумным организмом – всё живое существовало на нём или в нём во взаимном симбиозе, равновесии и дополняло друг друга. Косморазведчики Кёртнина, сами того не подозревая, своей работой внесли в размеренный порядок хаос. И планета начала защищаться – бороться с нами так же, как мы боремся с вирусами во время болезни.
Все образы и мысли в голове внезапно пришли в твёрдый и устойчивый порядок. Теперь я точно знал, что надо говорить при разборе моего дела. Раздался сигнал оповещения о том, что корабль готов войти в гиперпространство и к «прыжку» к звезде РН132. Скоро мы окажемся на планете Белла, где решится моя судьба, но я уже был готов принять своё будущее.
