Верующий в бога - еще не Homo sapiens (Глава 10 - ВТОРОЙ ГОД В ВИФЛЕЕМЕ) (страница 1 из 4)
Тип: Проза
Раздел: По жанрам
Тематика: Роман
Автор: Станислав Каунов
Баллы: 2
Читатели: 198
Внесено на сайт: 19:57 10.03.2017
Действия:

Предисловие:
Немцы сразу поймут меня, если я скажу: философия испорчена богословской кровью. Протестантский пастор — прадед немецкой философии, сам протестантизм — ее peccatum originale. [13] Вот определение протестантизма — это односторонний паралич христианства — и разума... Достаточно сказать — 
«Тюбингенский Штифт», [14] чтобы понять, что такое немецкая философия по своей сути — коварная, скрытная теология... Никто в Германии не лжет лучше швабов — те лгут с невинностью... Откуда это ликование, охватившее ученый мир Германии (на три четверти состоящий из пасторских и учительских сынков), когда выступил Кант? Откуда эта убежденность немцев, еще и теперь находящая отклик, будто с Канта начался поворот к лучшему? Богословский инстинкт немецкого ученого угадал, что отныне вновь возможно... Вновь открылась потайная тропа, ведущая к прежнему идеалу, вновь объявились понятие «истинного мира», понятие морали как самой сути мира (два самых злокачественных заблуждения, какие только есть!): благодаря лукаво-хитроумному скептицизму они если и не доказуемы, то уже и не опровержимы... Разум, права разума так далеко не простираются... Реальность обратили в «кажимость»; от начала до конца ложный мир сущего провозгласили реальностью... Успех Канта — успех богослова, и только: подобно Лютеру, подобно Лейбницу, Кант стал новым тормозом на пути немецкой порядочности с ее и без того не слишком твердой поступью...
Фридрих Ницше. «Антихристианин. Проклятие христианству»

Верующий в бога - еще не Homo sapiens (Глава 10 - ВТОРОЙ ГОД В ВИФЛЕЕМЕ)

В чем разница между несчастным случаем и несчастьем?
 Если Гладстон свалится в Темзу, это будет несчастный
 случай, но если его оттуда вытащат, это уже будет несчастье.
Бенжамин Дизраэли
Императорами-соправителями Константином и Лицинием в 313 г. было принято законодательное постановление — Миланский эдикт. ­Согласно этому документу, христиане могли свободно исповедовать свою религию, формально христианство становилось одним из многочисленных культов империи. И это уже было не просто несчастье для человечества, а катастрофа.
— Мы вкратце коснулись твоего ничем не примечательного детства, ты достаточно внятно рассказал о восемнадцатилетнем скитании по Скифии, Азербайджану, пребывании в Персии и среди тибетских монахов. Рассказал, как познавал учение Заратуштры, а также о первом периоде (около года) жизни в Вифлееме.
И вдруг читаем: «Иисус Назарянин провел первые тридцать лет своей жизни в относительной неизвестности, работая неприметным плотником в маленькой деревушке под названием Галилея. Но в последующие три года его проповеди поразили всех слушающих его, эти проповеди, в конце концов, изменили мир. Кроме того, он совершал деяния, недоступные другим людям, — успокаивал бури, излечивал болезни, возвращал зрение и даже воскрешал людей из мертвых». 
И так на каждом шагу: от мнения о том, что тебя не было вообще, — до провозглашения тебя богом. В этой связи вызывает интерес книга Дэна Брауна «Код да Винчи», которая вызвала много кривотолков. А Мари-Франс Этчегуан и Фредерик Ленуар умудрились даже провести «расследование». Но что интересно — все они, и Дэн Браун, и эта парочка, касаются деталей. Дэн Браун утверждает, а Мари-Франс и Фредерик проверяют, существовал ли «Опус Деи» и «Приорат Сиона» и были ли его членами Боттичелли, Леонардо да Винчи, Исаак Ньютон и Виктор Гюго. Всех интересует, действительно ли Меровинги — твои наследники?
Было бы странным, если бы христианская церковь не вмешалась в этот процесс. И она таки вмешалась, но только для приличия, поскольку это не затрагивало ее основ, а наоборот, привлекло новых адептов в лоно церкви. Тут сразу начинаешь задумываться — не по заказу ли работали эти авторы? Учитывая резкое падения доходов Ватикана и необходимость отвлечь внимание паствы от таки разгоревшегося скандала о педофилии католических священников, что вполне объяснимо.
Анахарсис и Иешуа сидели в райском уголке сада Иосифа Аримафейского. Иешуа предался воспоминаниям: вспомнил, как он дал слово Иосифу больше не вмешиваться в непристойные дела зелотов, чтобы не навлечь вновь гнев синедриона, как крестил его Иоанн, как мало-помалу вокруг него собирались сторонники, внимавшие его проповедям, как приходилось устраивать представления с излечением больных и воскрешениеммертвых, как скитались по Вифлеему и его окрестностям в поисках хлеба насущного, как иногда идущие за ним сомневались в нем и даже уходили.
— Слушай, Иешуа, — прервал его мысли Анахарсис, — многих интересует твоя сексуальная ориентация. Поговаривают, что ты бисексуал. Правда ли, что кроме Магдалины, у тебя был Лазарь? 
— Да, Лазарь был моим любовником, — без тени смущения заявил ­Иешуа. — Мария, ее брат Лазарь и Марфа из Вифании занимались древним промыслом, ну, ты догадываешься — проституцией.
Случалось, что мне с учениками приходилось отлучаться из Вифлеема с проповедями, чтобы заработать на пропитание. А чтобы Лазарь не блудил, я применил к нему внушение и отправил в летаргический сон. Затем велел уложить его в пещере, а вход привалить камнями.
— В твоих способностях я убедился, верю, что смог вызвать гипнотический сон. Я даже читал об этом в одном не канонизированном Евангелии: «Был некто Лазарь из Вифании, из селения, [где жили] Мария и Марфа, сестра ее. Мария же, которой брат Лазарь был болен, была [та], которая помазала Господа мирром и отерла ноги Его волосами своими. Сестры послали сказать Ему: Господи! вот, кого Ты любишь, болен. Иисус, услышав [то], сказал: эта болезнь не к смерти, но к славе Божией, да прославится через нее Сын Божий. Иисус же любил Марфу и сестру ее и Лазаря».
Иисус уже по дороге в Вифанию знал, что Лазарь «умер», но шел с учениками «дабы они уверовали» (Ин. 11:15). На дороге он был встречен Марфой, которая на его вопрос: «Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрет, оживет. И всякий, живущий и верующий в Меня, не умрет вовек. Веришь ли сему?» ответила: «Господи! я верую, что Ты Христос, Сын Божий, грядущий в мир» (Ин. 11:25-27).
По дороге к гробнице Лазаря Иисус заплакал, и иудеи, видевшие это, говорили: «Смотри, как Он любил его». Когда подошли к пещере, в которой был погребен Лазарь, и отвалили от нее камень, Иисус стал молиться:
«...Отче! благодарю Тебя, что Ты услышал Меня. Я знал, что Ты всегда услышишь Меня; но сказал [сие] для народа, здесь стоящего, чтобы поверили, что Ты послал Меня. Сказав это, Он воззвал громким голосом: Лазарь, иди вон!
После этих слов из пещеры вышел воскресший Лазарь, „обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами“. Иисус повелел развязать его». Как повествует Иоанн Богослов, многие, видевшие это чудо, уверовали в Иисуса, но фарисеи из страха «c этого дня положили убить Его» (Ин. 11:53)
Иешуа слушая, кивал головой: «Все так и было. Я убил, как говорят, сразу двух зайцев: укротил ревность к Лазарю и утвердил свою божественность „воскресив“ его».
 — А вот послушай, что пишет официальная церковь: «Лазарь из Вифании, Четвероднéвный (Лазарь — ивр. , , Елеазар — буквально «Бог мне помог»; 3 г., Вифания — †63 г. Китион) — согласно Евангелию от Иоанна житель Вифании, брат Марфы и Марии, которого Иисус Христос воскресил через четыре дня после смерти». 
После Воскресения Христа (то есть после того, как ты удрал в Индию) Лазарь был вынужден из-за преследований покинуть Иудею и перебраться на Кипр в 33 году нашей эры (имея тридцать лет возраста), где вскоре апостолы Павел и Варнава в 45 году нашей эры поставили его первым епископом Китиона (старое название города Ларнаки). Он восемнадцать лет служил епископом на Кипре. После воскрешения он прожил еще тридцать лет, а затем во второй раз скончался на Кипре в 63 году н. э.
— Что тебя зациклило на Лазаре?
— Да не зациклило, а поставило в рамки необходимости, поскольку все это не лезет ни в тын ни в ворота. Послушай еще сногсшибательную версию: согласно западной традиции, отраженной в «Золотой легенде», 
Лазарь вместе с Марфой и Марией Магдалиной (которую западная традиция считает его сестрой Марией из Вифании) и прочими спутниками отправились в Марсель и проповедовали христианство среди местных язычников. Лазарь стал первым епископом Марселя.
После крестовых походов часть его мощей перенесли в Марсель из Константинополя. До этого в Константинополь была передана только часть его мощей, его голова была оставлена на Кипре. Так возникла легенда, что святой Лазарь из Вифании проповедовал во Франции, стал епископом Марселя и был похоронен на месте будущего Кафедрального собора святого Этьена. И тем самым было положено начало роду Меровингов.
— Не вижу связи, что ты хочешь этим сказать?
— Меня интересует, как ты относишься к тому, что о кончине Лазаря пишут, а о твоей — умалчивают, — с ехидцей спросил Анахарсис. 
— Ну ты сравнил! Кто я и кто Лазарь! Если бы писать обо мне, как о 
Лазаре, никакой веры в Христа не было бы.
Оба немного помолчали, и Анахарсис продолжил:
— Признайся, Иешуа, были ли случаи, как утверждают «очевидцы», что вас побивали камнями как язычники, так и иудеи. И те, и другие между собой не дружили, но всегда объединялись против тебя и жалобу в Синедрион и Понтию Пилату строчили вместе. Почему и с чем это связано?
— Каждое инородное тело в сложившейся структуре взаимоотношений вызывало сопротивление. И мы были таковым, поскольку часть подаяний доставалась нам. А кто согласится отдавать то, что всегда принадлежало ему по праву?
— Хорошо, а ты знаешь, как тебя нарекли при рождении? Не назвали же тебя Йеhошýа, которое является усечением имени , состоящего из корней слов «Йеhóва» — имя Бога в Ветхом Завете и «шýа» — спасение. Но и тут маленькая накладочка, Евангелие воздерживается называть тебя этим именем, потому что тогда ты был бы известен как Иешуа II, поскольку в Ветхом Завете уже есть один Иешуа. 
При рождении тебя должны были назвать Эммануил, что значит «с нами Бог». Ты сам хоть помнишь, как тебя


Оценка произведения:
Разное:
Подать жалобу