Заметка «Пробовали коммуны создавать...» автора Галина Сафонова-Пирус

Из рассказов мамы, Сафоновой Марии Тихоновны (1903-1994). (Сохранён местный выговор).
1918 год.

К зиме принесли нам повестки явиться на фабрику*? Пошли мы. Хозяина там уже не было и всем управлял комитет. Открыл нам этот комитет палатки с пенькой, мы и стали ее перерабатывать. Помню, подошел к нам бывший наш ходатель и говорить:
- Работаете? Ну-ну... А когда пенька закончится, что делать будете, кто вам ее снова закупит?
Но его уже никто не слушал.
А раз приходим так-то на работу, а нам и говорить председатель комитета:
- Идите во-он в ту палатку, будете там сундуки перебирать.
Приходим. В палатке на стуле сидить бывшая хозяйка фабрики, перед ней стол стоить. Стали мы сундуки раскрывать, таскать оттудова товары разные, она переписывать, а в сундуках этих сколько ниток, платков, меха разные! Цельные кипы шелка, атлас красный, голубой, малиновый. Душа наша замирала как хороши! Я еще и подумала: будем теперя в мехах да в атласах ходить, раз у буржуев поотняли. Ведь тогда ж все агитаторы кричали: грабь награбленное!.. награбим и поделим! Вот я и попросила председателя:
- Дайте нам по платочку да ниточек по катушечке.
А он как заорёть:
- Как ты смеешь! Это все народное!
И с тех пор всё-ё я так-то поглядывала на народ: нет ли на ком меха или атласа? И ни-и на ком не видела.

И с едой тогда совсем плохо становилося. Правда, у нас, в деревне, можно было терпеть, у кого картошка, у кого свекла в подвалах оставалися, да и ржицы понемногу намолотили, а вот в городе совсем голодать начали. И чем голоднее становилося, тем громче большевики кричали. Бывало, только кончим работу – вотани, из комитета идуть: не уходите, мол, агитаторы пришли. Вот и начнуть... Умели говорить некоторые. Как какой сагитируить, так давай сейчас винтовки в руки, так и пойдем гамузом громить-бить!.. Как кого? Да буржуев недобитых. А другой как раздразнить, как начнуть бабы кричать! Тогда ж ни-ичего на работе не давали! Так... или мучички несколько фунтиков, или пшенца кружечку. А агитаторы все кричать: разгромим буржуев, уничтожим до одного, тогда рай наступить, будут вам молочные реки и кисельные берега! Вот и ждем, бывало, эти кисельные берега.

Поташшыли опять и мужиков на фронт. Сначала потихоньку, помаленьку, а потом и как следуить. Опять некому стало землю пахать. А к весне сорганизовался у нас бедный комбед* и всем стал заправлять: что и когда сажать, когда картошку окучивать, когда рожь убирать. И ишшо отбирал этот комбед всё лишнее, у кого что оставалося. Вот и начали с Дахнова, в лесу его владения были. А помешшык он был крупный, мно-ого пахотной земли имел. Вот и направился наш бедный комбед убирать урожай на этих делянках. Пришли, стали жать, а под эту рожь и серпа* не подсунешь. Стеной стоить! Колос сотрешь в ладонях, так цельная горсть зерна, а сноп* свяжешь - не поднимешь. Жали мы эту помешшычью рожь и там же молотили Дахновской молотилкой, только она и досталася нашему бедному комбеду от добра, когда его разоряли. Намолотим ржи, наберем в фартуки, да и спрячем в лесу... Ну как зачем воровали? Начальники-то увязуть эту рожь в город, а потом и ишшы у кого за работу спрашивать? Вот и приладилися... как побягим вечером домой, так каждый и нясёть свою ношку. Бывало, придёть на ток старенький управляюшшый и начнёть нас ругать: что ж вы, мол, только делаете?.. хоть на семена зерна оставьте… сеять-то чем будете? Но его уже никто не слушал.

Пробовали с лета и коммуны создавать, на землях Плюгина коммуна сошлася. Захватили коммуншики земли, дома помешшычьи, да и поселилися в них. И всё-ё тогда говорили, что будуть они с одного котла есть и спать под одним одеялом уляжуцца. Бывало, думаешь себе: да как же это самое одеяло и шить, если под него всю коммуну уложить можно?.. Да нет, под одно одеяло не укладывалися, а вот черпать… так черпали с одного котла. Но когда коровки, телятки помешшычьи оставалися, так можно было котёл устраивать, а вот когда все поприкончили... Хлобыстнику кой из чего наварють, так не каждый-то и полезить к котлу этому. А тут ишшо надо было, чтоб все работали одинаково, по сознанию. А разве это возможно? Тут в семье и то… Если кому захочется пофилонить, так и устраивается или на матку, или на батьку своё дело спихнуть. Вот и развалилася эта коммуна, должно года два только и продержалася.

*Пенькотрепальная фабрика.
*Комитет бедноты - орган Советской власти в сельской местности в годы «военного коммунизма».
*Серп - Ручное сельскохозяйственное орудие, используемое для уборки зерновых культур, жатвы хлебов и резки трав.
*Сноп - Пучок срезанных колосьев, льна или соломы, перевязанных перевяслом.

Повесть «Ведьма из Карачева» можно прочитать на этом же портале в отделе «Проза».