чиновников называлось педагогическим воспитанием и чего я тереть не мог в своей преподавательский деятельности!
Вот я сейчас смотрю на этого современного великовозрастного балбеса, которого силком заставляют получить диплом специалиста и не представляю, что мне сейчас с ним делать и как себя с ним вести. И это я не знаю, взрослый мужчина, крепкий физически, прошедший в своей трудовой деятельности путь от рабочего до Главного специалиста крупного Советского промышленного предприятия. А что здесь говорить про молоденьких женщин преподавательниц, над которыми они просто напросто издеваются.
Подчеркиваю, что парень он был крупный и у него, у сидящего, голова была на уровне моей груди. Причем, подбородок у него был выразительный. Этакий подбородок современного «мачо», почти квадратный с ямочкой посередине и выпячивался вперед. Подбородок решительного человек, любящего повелевать и властвовать над людьми.
И у меня вдруг мелькнула дичайшая по педагогическим понятиям мысль. Дичайшая, но очень действенная в подобных ситуациях. И не успела она мелькнуть, как правая моя кисть мгновенно сжалась в кулак, рука без замаха дернулась вперед и кулак плотно приложился к ямочке на подбородке Павла. Удар оказался хорошим. Настоящий апперкот!
Тело его сразу же обмякло, глаза закатились и он грудью завалился на стол. Сразу признаюсь - в юношестве я активно увлекался боксом и школу закончил кандидатом в мастера. Потом, правда, я боксом уже не занимался, но боксерская моя выучка много раз выручала меня в критических жизненных ситуациях. Так и сейчас.
Самое поразительное, что никто из студентов в аудитории ничего не заметил и ничего не понял. Тот факт, что Павел демонстративно улегся грудью на стол, никого не удивило, потому что он часто так публично демонстрировал свое полное пренебрежение к учебным процессам на занятиях у различных преподавателей. Да и ко всему окружающему его в колледже миру.
Очухался Павел минут этак через пять. Я даже забеспокоился – что это он так долго в «отключке»? Он поднял голову, очумело посмотрел вокруг, тряхнул несколько раз головой, пытаясь сообразить, что и как, затем замер в недвижности и просидел так до самого конца занятий.
Больше на занятиях у меня он мне не досаждал. Хотя я не раз ловил на себе его ненавистный взгляд. И я понимал, что такого унижения для себя он не забудет никогда. И обязательно отомстит. Во всяком случае, попытается. Обязательно попытается. Но одновременно я обратил внимание на то, что и остальные студенты стали вести себя на моих занятиях гораздо лучше, чем раньше. В чем дело, я не слишком понимал.
Ведь никто моего нокаутирующего апперкота на занятиях не заметил. Слишком уж быстро все произошло. Практически мгновенно. А так как он сидел в самом углу аудитории, то я своим телом загораживал обзор студентам. И они ничего не заметили. Или вроде бы не заметил. Однако шепоток о невероятном происшествии на занятиях у «препода» по техническим дисциплинам по колледжу все же пошел. И я часто стал ловить на себе восхищенно почтительные взгляды студентов, особенно студенток.
Но я отлично понимал, что Павел не может не попробовать мне отомстить. Обязательно попробует! Такие люди, как он, привыкшие властвовать и повелевать, не примириться с собственным поражением. Они будут считать его случайным. И обязательно попробуют себя реабилитировать. Хотя бы в собственных глазах.
А дело шло к осени и вечера стали темнеть. А у меня были в колледже еще и вечерники. И занятия вечерников заканчивались в девятом часу. Надо было принимать меры к собственной защите. Ведь случаев нападения студентов и учащихся школ на преподавателей и учителей в стране все множились и множились. И очень часто с трагическими исходами.
И здесь я получил приличные деньги за один свой «калым», за кандидатскую диссертацию для одного нынешнего бизнесмена. Дома мы с женой обсудили мое положение и жена предложила мне купить травматический пистолет для защиты. Я немного «посопротивлялся» из элементарного чувства уязвленного мужского самолюбия, но потом согласился. И очень скоро выяснилось, что не зря согласился.
Пистолет я купил и стал носить его с собой постоянно во внутреннем боковом кармане пиджака. И как-то вечером я возвращался с занятий. А колледж располагался на окраине города и выход на центральную улицу шел через большой сквер. На входе в сквер дорогу мне перегородила группа ребят человек, наверное, в десять. Не меньше. И я понял, что они встречают меня.
Кто-то сказал из них:
-- Ну, что «препод», здравствуй!
Я достал пистолет, передернул затвор, поднял его вверх и выстрелил в воздух. Затем, держа пистолет у своей груди, я направил его на ребят и пошел вперед. Они расступились и пропустили меня.
Был ли с ними Павел или нет, я не заметил. Но больше он на моих занятиях не присутствовал. А потом я узнал, что он перевелся в другую группу колледжа. В группу менеджеров. Перевелся на третьем курсе, в середине учебного года. Перевелся с технического курса на гуманитарный. Вообще-то, так не бывает. Точнее, так не должно быть. Но сейчас в стране демократов все можно и все возможно. Если у тебя есть деньги. А деньги у родителей Павла были. Значит, он – хозяин своей жизни. Да и не только своей.
Жизнь человека на нашей скорбной земле является извечной ареной борьбы сил зла с силами добра в нашей душе, черных сил со светлыми в нашем окружении. Зло, не пресеченное в самом своем начале, растет, множится и наглеет. А отсюда вывод - добро должно быть с кулаками. И подставлять вторую щеку под полученный удар – это логика раба, а не свободного человека. На удар надо отвечать ударом. И если бы мы в Великую Отечественную Войну не стали бы сопротивляться, а добровольно подставили бы Гитлеру свою вторую щеку, то где бы мы сейчас были? По мнению наших демократов, мы бы стали Восточной провинцией Германии, сидели в немецких «кафешках», пили бы великолепное баварское пиво, заедали его отличнейшими баварскими сосисками и были бы счастливы до небес!
Ну, что ж, кто как?! Ведь каждому - свое! Кто-то был бы счастлив, а кто-то – нет! Во всяком случае, наши отцы и деды выбрали свободу, а не райскую жизнь в немецкой колонии. Наши нынешние демократы, что выросли на «болотной», зовут нас в колонию Запада. И если Путин не пресечет эту вакханалию демократов, то мы и вправду очень скоро станем колонией процветающего Запада. За счет нас процветающего. И они, эти наши " болотники", подбирая крошки с барских столов воротил Запада, будут по своему счастливы. Как счастлива бывает собака, получившая кусок мяса из рук хозяина. Они, но не мы!
PS Для некоторых дамочек, мам этих самых "сыночков", немножко добавлю. В декабре прошлого года, где-то в начале месяца, в этом самом колледже среди бела дня, после обеда, была зверски изнасилована группой подонков, ваших великовозрастных сыночков, молодая англичанка, только начавшая преподавать после окончания ВУЗа. Они не просто ее насиловали, они еще снимали свои действия на мобильники, естественно, что не показывая на снимках свои лица! Снимки эти они этим же вечером сбросили в интерет под названием: "Сексуальные оргии нашей англичанки " И назвали ее фамилию. Девушка повесилась через пару дней. Потому что ее обвинили в совращении малолетних. Не помогла и справка из больницы, чтот она еще была девственницей. Мамочки этих сыночков такой вой подняли в защту своих отпрысков, что просто жуть!
И никого за это преступление не наказали! Хотя в колледже все знали, кто это сделал. Да они и не скрывали ничего! Они героями себя чувствовали!
***
Не знаю от какого слова произошло слово забастовка, Но то, что выражение "Basta!" (Хватит!) - итальянское, знает весь мир.