* * *
Всю ночь шуршали скучные ветра,
Лил дождь. То шёл стеной, то еле крапал.
И облетевший тополь до утра
Постукивал в стекло костлявой лапой…
Как в рамке, за стеклом печально-сухо –
Вся в чёрном – одинокая старуха.
Усмешка ли на синих нитях губ
Или какой-то странный штамп особый?
Ушёл из жизни тот, кто был ей люб.
Она вчера не плакала у гроба.
Лишь саван поправляя то и дело,
Ночь напролёт сидела, всё сидела.
…А шли не больно – лишь бы поглазеть,
Как бабка убивается, послушать.
Ну разве же узнаешь из газет,
Что дед какой-то отдал Богу душу?
Ну а старуха снова то и дело
Лишь саван поправляла и… сидела.
Ни есть, ни пить ей было не с руки –
Не интересно в немоте застыла.
И мокро шелестели языки:
«Ну надо ж, хоть бы слёзку уронила!»
А дождь уныло крапал, крапал, крапал,
И тополь бил в стекло костлявой лапой.
...Тянулся день. Тумана пелена
Легла на стены холодно и смугло.
Она сидела долго у окна
Забытой, старой вылинявшей куклой.
Ещё глядела слепо из стекла…
А к вечеру старуха умерла. |
Повествование выстроено превосходно!!!
Как невероятно плохо, когда люди уходят,
а тут такая лебединая верность...
И жутко и здорово...
Ефим, очень и очень понравилось!!!