Счастливых тем не ведает любовь.
Не потому, что нытики поэты, а потому, наверное, что исход таких стихов заранее известен. Любовь и смерть – нет слов, мотив хороший, но, кажется, исчерпан он до дна. Другое дело – память о любви, прошедшей мимо или убиенной. Тут каждый миг достоин описанья, тень мысли восьмистишие спасёт. А то ещё – предчувствие любви. Здесь нежность в сочетании с тревогой читательницу призвана развлечь. Ещё сильнее действует обман. Нет, каково? – Казалось нам любовью совсем не то, что было ей. И вдруг прозрели мы, глаза на мир открылись… Работы, согласитесь, на века, и даже для поэм годится тема. Ну что ещё? – Природа и любовь. Тут можно повернуть и так и этак. Вот, например, знакомая сосна, она жива, но нету нас с тобою. Есть проще ход, доступней для сердец: увяли те цветы, как мы увяли, придёт весна, но нас не будет с ней. Ещё возможен модный вариант. Несовместимость. Сколько здесь трагедий! И каждая доступностью манит. Быт и любовь. Ну, это вовсе мелочь, наверное, и не стоит объяснять. Или носки мешают двум влюблённым, иль «Жигулёнок» души их теснит. Пожалуй, всё. Теперь к столу присядьте (на память не надейтесь – подведёт) и выбрав тему нужную по вкусу, двумя-тремя деталями её обогатите, чтоб звучало время в стихах. Модифицируйте размер, подумайте над рифмами, конечно, в конце стиха метафору поставьте, несите и печатайте. Когда ж удастся вам прорваться на страницы, довольны будут все – студентки, критик, а если вдруг рассердится жена иль женщина, с которой вы живёте: мол, на тебя, поэт, не угодишь, - вы объясните ей, что это образ, лирический герой, что изначала счастливых тем не ведает любовь. 1980 | 
