Как мучительно догорает костёр.
Главное пламя уже отпылало. В целом – процесс окисленья свершился. Переработаны: сгнившие доски крыльца, ветки яблони, сломанные ночной бурей, сухие стебли малины, отдавшие последние ягоды, бумажные подгузники, сослужившие верную службу, листочки, заполненные вычеркнутыми словами, и другой честный мусор. Всё сгорело. Остались красные камушки в белой пыли. Уже не костёр, но ещё не зола. То тут, то там вспыхнет синий слепой язычок и снова исчезнет, означая, быть может, рождение, радость и смерть недоступной мне цивилизации. (Доказано же, что жизнь возникает лишь при относительно низких температурах – когда главное пламя уже отпылало). О, как мучительно догорает костёр! Вспыхивают и гаснут синие язычки, красные камушки потихоньку чернеют. Агонизируют скороспелые цивилизации. К ночи всё кончится. И тогда я накрою железным корытом золу, чтобы не ушла в землю. Завтра я рассыплю её под кустами в саду. Буду возделывать свой сад. 1986 | 
