Как тут было спастись, превозмочь притяжение, Если в гордых глазах расплескалась тьма-тьмущая? Опаленное сердце заходится жжением, Детонирует голос, лаская и мучая. Ты впускаешь её, не пугаясь, не думая Защититься от власти бессвязного шёпота. Ты наивный заложник чужого безумия, От любви и тоски пропадающий пропадом. Месяц белит дорогу, но память не выбелит. Дочь Сивиллы нашлёт в неё мора и морока, Подарила судьбу от любви до погибели, Не сказав, сколько мучиться - долго ли, коротко. С подозреньем глядишь на вареники с вишнями? Приворотной, похоже, залиты водичкою? В чародействе винить руки девичьи лишнее. Слухи чаще о ведьмочках преувеличены. Закрываешься с пивом и дисками Кинчева. Ближе к сумеркам странности чаще случаются:
Кот исчез по-чеширски с улыбкой прилипчивой. И колдунья ушла - ни простить, ни покаяться.
| 
