Это сложно не увидеть.
Все хотят меня обидеть
Графоманы и поэты,
Едкой критикой даря,
Что в любое время года
Пишут только про погоду,
Про закаты и восходы,
Да восторги января.
Не хотят смотреть на лица.
Им бы проще притаиться,
В угол тепленький забиться
Их уютного мирка,
От всего отгородиться,
Слиться, сплавиться, снулиться.
Лишь бы только не свалиться
С основного поплавка.
С этих ценностей вертепа,
Там где все друг друга терпят,
Потому что это надо,
Потому что испокон.
Муж — свинья, жена — терпила.
А вообще-то все терпимо,
Это ж вам не Фермопилы,
Не в гареме под замком.
Это вам не Эмираты,
Не Финляндия, не Штаты,
Где довольны и богаты,
Вот духовности нема.
Здесь ужо не Нидерланды
И духовности по гланды,
Хоть по эти ж ровно гланды
И родимого дерьма.
Видно уж стезя такая,
Что всегда во все вникая,
Лишь себя я развлекаю,
Не идя на компромисс.
И смешу — не слышу смеха
И пишу — не слышу эха.
Это странная потеха,
Ведь не даром — пессимист.
И давно не вижу прока
От работы под пророка,
От порока до порока
(А о личных ни гу гу).
Но однажды постарею,
И возможно подурею,
На осенней на поре я
Пропиарюсь, как смогу.
|
