любая жизнь падение звезды
не важно чья
огонь рождает дым
и счёт ничей и время молодым
так было и останется потом
я в имени проросшем до рефлексов
до колоса налитого слезой
спокойно провожаю пришлый Лексус
и Linux не хочу марать собой
Крестовский сдаст ключи и мы сорвёмся
как Санников в неведомую даль
где рыжий апельсин смеясь над солнцем
кожуркой кожи снимет нам печаль
там биться между любишь и не жаль
не нужно все естественней заката
пристыженного кистью полотна
руки твоей в которой кодом спрятан
мальтийский крест и времени литьё
серебряной полоски невидимки
кольцом табачным дыма над тобой
он самый золотой из новых нимбов
бессмысленно далёкий и родной
любая жизнь падение звезды
за памяти короткое плацебо
любая
но когда забыв себя
губами рвётся воздух в гуле
ты
мне на руки летит другое небо
оранжево напившееся в дым |