Вновь десять множилось на сто.
Вновь плод манил на вкус каков он.
Являлось слово, как Христос,
и поднималось на Голгофу.
И тяжелело на весу.
Ветшали имена и даты.
И возносился Иисус,
не слыша окрика: “Куда ты?”
Кто в одиночку слёзы лил.
Кто с фонарём слонялся: “Где все?”.
А гений тысячу делил
на десять.
|
Наверно, чтобы не заметить как,
Придут и на кресте повесят тело.
А, перед этим, был дан знак.