Пришёл усталый и немного пьяный.
Я захмелел от запахов лесных,
от озера, от бора, от поляны
от жителей озёрных водяных.
На тихом плёсе видел спину щуки
и краснопёрых жирных окуней.
И на песке увидел след гадюки;
потом саму увидел меж камней.
Как много впечатлений от прогулки!
Хочу о них любимой рассказать,
пока она на кухне мажет булки
вареньем; ну а после записать,
когда мы с ней напьёмся вволю чаю,
в видавший виды старенький блокнот.
Внимательно лицо я изучаю.
На нём следы докучливых забот.
Ну, а пока похвастаюсь уловом:
щурята, окуньки и пескари.
Порадуй же меня похвальным словом!
А после в восхищении замри!
И вот я сбросил пыльную одежду
и встал под крепкий и колючий душ,
лелея сокровенную надежду
на свадьбу скорую с тобой, Валюш…
Жаль только: ты готовить не умеешь,
поэтому я жарю рыбу сам.
Сидишь напротив, на меня глазеешь…
Я ж возношу молитву небесам…
Готова рыбка, и тебя кормлю я
на кухне из своих мужицких рук,
и тихо говорю: тебя люблю я;
ты понимаешь это, милый друг?
... Потом мы ночь с тобой в окно запустим,
задвинем шторы мы от фонарей.
Ты скажешь мне с насмешливою грустью,
что переела вкусных пескарей…
– Люби меня! – потом ты нежно скажешь,
и я от счастья сразу же умру.
И в рай небесный ты мне путь укажешь,
начав со мной любовную игру…
|
