Предисловие:
Экс
Likin M
Нефритовое ожерелье
Вальяжный гость бамбукового крова
Слежу в тиши Меконга плавный бег.
Такое это счастье, право слово,
Что многим не привидится вовек.
Куда ни глянь - челнов обломки древних,
Такие ж точно плавают пока.
Повисло время парусом в деревнях,
Встающих из прибрежного песка.
Летит на сваях сирая лачуга,
Сетей усталых призрачен альков.
Здесь явь - в пределах видимого круга.
Но чуток сон рассохшихся мостков.
Глядятся в воду мангровые кущи,
Как в зеркала, в багетах этих кущ.
В них облака пленителительно текущи.
И всякий миг медлителительно текущ.
В неспешных водах - мира отраженье.
Уснули храмы в зелени холмов.
Рыбацких лодок плавное скольженье,
Пытающих убежища сомов.
А те хвостами ночи, дни листают
И не желают в сети нипочем.
И может быть немножечко мечтают
О чем-то важном... Только вот, о чем?
https://fabulae.ru/poems_b.php?id=334172

Гощу вальяжно в рощах из бамбука,
прослеживаю бег Меконг-реки.
Вокруг царит назойливая скука –
подвержены ей даже рыбаки,
пытающие омуты сомовьи.
Те в сети не желают нипочём.
Всё ж в убыли сомовье поголовье…
Но автор здесь, поверьте, ни при чём.
Ему комфортней наблюдать с шезлонга
полёт на сваях нищенских лачуг,
толпящихся у берегов Меконга,
дивиться некомфорту развалюг.
А в джунглях у холмов уснули храмы,
они спят мёртвым сном уж сотни лет.
Они пусты…
Лишь дикие сиамы
устраивают в них кордебалет.
Поведаю про мангровые кущи:
все знают, что такие есть в раю.
А здесь они буквально вездесущи
и в них раздолье гнусу-комарью.
И рыбы в них немерено, я знаю.
Для размноженья места лучше нет.
В шезлонге я внезапно вспоминаю,
что неплохой я, в общем-то, поэт,
что надо впечатленьем поделиться
от виденного непременно мне.
Пусть потеплеют заспанные лица.
Такого не увидеть им во сне…
|