Никогда не обижался. Воду сроду не возил.
И ни в чём не облажался или просто позабыл.
Избирательная память годы жизни бережёт
и мозги мои не плавит и грудину мне не жжёт.
Никому не поклонялся и кумиров не плодил.
Виноват - так извинялся. Виноватых не простил.
Я щеками не торгую. Это ниже этажом.
Там подставят вам любую, чтоб за зло воздать добром.
У меня другие мерки. Ими мерят все гробы.
А кого подводят нервы, сакма в Белые Столбы.
Там поправят очень быстро или в овощ превратят,
если долгим будет приступ. В общем там определят.
В мире этом так непросто, если сильно усложнять.
От рожденья до погоста всем, как есть, рукой подать.
Но и это не играет роли в мутных головах.
Здесь сильнейший выживает. Тот, кому неведом страх.
Все бессмертные подохли. Все нетленные ушли.
Слёзы горькие просохли. И корнями проросли
прямо в генах жизни предков. Чувства? Где теперь они?
Лишь в душе осталась метка: Что имеешь, то храни!
Но богатство это быстро раздербанят по частям.
Жизнь не терпит гуманиста. Пусть идёт ко всем чертям!
Он теперича двуликий. Днём один - другой в ночи.
А под вопли да под крики ничего не различишь.
И поэтому не выход верить миру на словцо.
Это всё для тех же психов, для тупых и подлецов.
Им что рай, что ад - едино. Всё равно в какой конец
ехать надо будет. Сгинут псих, тупица и подлец.
Что уж там кривить душою. Мир мой лучший из миров.
Тут тепло и хорошо мне без копыт и без рогов,
что давно заполонили Землю эту тут и там.
Там как-будто всем всучили по копытам и рогам.
Нет воскресших! Вот горячка! Всё спеклось в единый прах.
Здесь по-прежнему дурачит фанатеющих монах,
ставя, будто под прицелом, на колени всех подряд.
Но народ такое ценит. Все рабами стать хотят.
Слава Богу не работа не огонь и не вода
это зрелище. Зевоту вызывает, как всегда.
Вот тоска! Но мне не жалко. У меня свой эликсир
в этой жизни. На нейтралку я включаю этот мир.
Обнуляюсь ежедневно. И в итоге бодр и свеж.
Никогда не трачу нервы на дебилов и невежд.
Я свой мир запараллелил, автономию включив,
восторгаясь неподдельно звуком старой кеманчи.
Вот смычковая натура! Будто черти душу рвёт.
Всё в ней: голос и фигура мне покоя не даёт.
И о чём писалось раньше, стёрлось в памяти моей.
В этих звуках нету фальши. Потому и веришь ей.
|
