 Печально: аист для ребёнка - тварь.
В стихах нельзя такое - не простится.
А взрослые невежды. Ах, как жаль!
Их глупость в детской памяти гнездится.
Не знала Катя ничего. Увы.
Мала ещё. Сама не прочитала.
У поварихи ж варят полбашки.
Несла свой бред, хоть суть не понимала.
Порой доцентов повара умней,
Когда поймут: кому и что вещаешь.
Остался б аист другом, всех родней,
Кто в детском доме души разбивает.
Могли сказать: он нёс тебя к родной,
К дому красивому, и адрес был в записке.
Но ураган сломал крыло. Он принял бой.
Не выронил корзину в схватке с риском.
И не сумела мама отыскать.
А аист умирал: от боли и бессилья.
Но люди вылечили. Вон, опять
Летит над нами, расправляя крылья.
Над детским домом кружит старый аист.
Но не найдя тебя, он грустно улетает.
В глазах - слеза печалью нарастает.
Ты выросла. Он не узнал. Страдает.
Теперь летает к Кате он во сне:
С любовью смотрит, крылья подставляет.
Несутся в гости к звёздам и луне:
Два друга: девочка и верный аист.
Повзрослела Катя. Двое малышей.
Аист вьёт гнездо у них на крыше.
Здесь - надежды тыл для тех, кто был ничей.
И любовь там под крылами дышит.
Но только боль... повисла в тишине —
В корзине той, что пронеслась сквозь ветер.
И аист помнит всё. Катя же, вдвойне.
Спасённых две души, чей мир так светел! 
|
