Отчужденность прошла после первого бокала,
а потом все было очевидным.
Очевидным кому?
Наши взгляды были вне слов,
вне преград,
вне тумана.
Я боялся, что если вдруг обниму её,
она меня неправильно поймет.
Боялся, что если вдруг поцелую её,
она назовет меня наглецом.
Боялся, что если предложу ей поездку
за горизонт,
она назовет меня аморальным типом.
И если она осталась с досадой и печалью
после того, как я ушел,
(об этом она поделилась со мной позже)
то это было потому что я не понял её
как нужно,
потому что не поцеловал её,
потому что не унес её на руках
за горизонт,
тем же вечером.
|
