William Shakespeare
Sonnet CXXXII
Thine eyes I love, and they, as pitying me,
Knowing thy heart torments me with disdain,
Have put on black and loving mourners be,
Looking with pretty ruth upon my pain.
And truly not the morning sun of heaven
Better becomes the grey cheeks of the east,
Nor that full star that ushers in the even
Doth half that glory to the sober west,
As those two mourning eyes become thy face:
O, let it then as well beseem thy heart
To mourn for me, since mourning doth thee grace,
And suit thy pity like in every part.
Then will I swear beauty herself is black
And all they foul that thy complexion lack.
Сонет 132
Люблю твои глаза. Меня жалея
за небрежение твоё ко мне,
они, одеться в чёрное посмея,
не верят недоказанной вине.
Не красит так светило щёк востока,
не украшает вечер свет звезды,
на западе горящей одиноко,
как очи в ожидании беды,
печалью расцветившие лик милый.
О, если б в сердце скорбь плачевных глаз
проникла вдруг! Туда, в приют остылый.
И почернел бы жалости окрас…
И я б поклялся: красота черна!
Нет ничего прекрасней, чем она.
|
