Есть в обречённости порой
Такой отчаянный покой
Овцы, идущей на закланье,
А купол неба голубой,
Как приговор над головой
И боль последнего свиданья
С юдолью бренности земной,
Где за абстракцией окна
Глухая чёрная стена
И озеро глубоко,
И тишина, что как война,
И смерти злое око.
Деревьев хрупкая листва,
Шепча прощания слова,
Ложится покрывалом,
И ищет плаху голова,
И мало жизни.. Мало..
|
