... разносо́ртица глаз на почти одинаковых лицах: не моё – позвонок, не моё – позвонок... в них таится. Словно вспышка – волна ли воло́с, иль овал, или го́лос на дворня́жную гальку нахлынет, приклеившись косо. Мандариночка-утка, закат над халупою сизой, двое встретились, Новгород или предместья Парижа, – всё мелькнувшее в памяти крепко до срока закрытой было в неразгласи́мости, в потусторо́нности вшито. Из мешка «не хочу» появляется «вот оно» редко, на принятие, на промедление времени нету. Очертя, в нарушение здравого смысла, без толку, без надежды, без выгоды, прыгая в молнию шока, в кипяток, на креста растерзанье и плахи, посылая друзей и советчиков ахи, об-ре-ти́ узнавание, с искры прия́тия, с кро́хи. Всё, что было и будет за стенами вашими, – по́фик!.. | 
