Полуясное небо, освещенное болью, Зовущей меня долгим светом назад. Я жила и живу, неживая в неволе, Словно жизнь моя погрузилась во мрак. За загорелые плечи редких скул абулия Прячу взгляд, как нелепый авгур. И уже не почувствовать этой боли навеки мне, Непокорной быть неумехой и слушаться дур. Тонким пламенем загореться от нежности, Яркий локон на солнце блестит.. И устать от покорности, верности, Чтобы знать как сердце стучит. Разорвать, зная боль, цепи тяжелые На запястьях саднящей рукой, Чтоб страдать от безысходности, Наплевав на гордость, с тобой. Заструится вниз тонкой лентою, Словно кровь, потекла я рекой. И упав на колени, наземная, Я останусь навеки такой. Пусть убьют грубость жесткую... Не коснуться треснувших губ. Может быть в чем-то суровая, Только я, увы, лишь Суккуб. Только сердца желание близкого Захотело застать адамант. А апострофа чья-то тернистая Прольет густой шоколод. Но любить слишком сладкое, терпкое, На губах оставлять лишь следы. Для меня как будто бы нервное, После сладкого дай мне воды! Породнившись с болью материнской любви, Звенящей одичавшим рыком в поле, Уже не желая бороться в пути, Я живу и также дышу в той самой неволе. Заикаясь от чувства стиснения грани, Защищаюсь, борюсь с опьяненной судьбой. Не чувствую, ни жестокости уже, ни боли... Но сквозь дурность продолжаю идти! Упиваясь гонением, растворяюсь и снова в одно: Зеркалом треснувшим, вазой разбитой и склееной, антикварным предметом... Соберусь - разобьюсь, сколочусь - сокрушусь, Но останусь единым целым! Как свернуть направление груза, Что так мчит прямиком в одинокую грудь? Разрывает сосуды милая, страстная Теза, Разливается, стремясь дать мне вздохнуть. Блеск переливов реки смиренное сердце Заставляет порхать и нервно дрожать. И в биение ритма ваша "примерная" Начинает по бунтарскому нраву скучать. Я умру в бойне с победой, неравная, Не почувствую крепости, союзника, плеч. Не жестокая, просто суровая и одинокая Я - суккуб, меня нужно беречь! Но меня обтекает та жидкость, Что из твёрдого в горячее, вязкое, влажное! Изгоняет все чувства, всю лёгкость И в бреду уже не такая отважная... Не люблю, как вы все, шоколад и не буду, Приторный, дорогой, бесполезный Кевир! Выкуплю, изгоню и избавлю себя, отовсюду, Чтоб посеять в душе своей уверенность в мир. Не спасло и погасло в глазах моих небо. Где-то в пустыне засыпит яму в бугорчик родня, Где мой спаситель? Где бы ты не был, Прошепчу: "Они знали, шоколад - это яд для меня!" Распинали, облили от плеч до земли И прижали пепел к своей холодной, мрачной груди - После растлили угли под ноги свои! Но были это мои лучшие дни... Возродилась из пепла и снова дышу грудью полной. На рассвете беспокойный открою свой взор. Наконец-то стала бездольной, но вольной, Наконец-то вижу свой путь - горизонт! | 
