Для меня твое имя исполнено горькой печали
сказочный город с судьбою, разбитой на части
в сорок четвертом году эти улицы смяли
сто пятьдесят самолетов Авро-Ланкастер.
На тропинках КнайпхОфа, теперь ко всему безразличных,
там где Кант отбивал такт шагов ударами трости,
до сих пор под короткой травою и боем кирпичным
остаются лежать непогребенные кости.
Не умею сказать, как прелестны мне эти руины.
драгоценный янтарный осколок в ржавой оправе
в череде отражений и нынешней скромной личине
безвозвратно ушедшей гордой орденской славе.
|
