Я спал, когда рождался стон,
перерастая в крик.
Уверен был на полных сто – мы заперты внутри.
И думал твёрдо (не кретин?)
что выход есть всегда –
что я смогу гореть один,
а по моим следам никто не вычислит провал,
считав посыл огня.
Взрывался мир – пока я спал,
ты предавал меня.
Катились камни с тёмных гор,
ревел свирепый вал.
Вселенский хитрый режиссёр актёров тасовал.
Я мог бы глубже вгрызться в сон и не сносить мосты –
но этот чёртов рваный стон…
и этот чёртов ты.
И эти пресные слова, сплетённые в комок.
Я верой вечность рисовал,
я псом скулил у ног.
Намерением превзойти кого-то за плечом
давил отчаянье в груди –
и стало горячо.
Закрылся дьявольский гештальт в пылающем аду.
…но я проснулся невпопад –
и всё летит в… |
