По Кориолису грустил
кулисы камень,
когда твой взгляд меня пронзил –
в нём лёд, и пламень.
И хоть был трезвого трезвей,
от этих мыслей
взметнулись ниточки бровей
как коромысла.
А я, настырный храповик,
назад ни шагу,
инерционный маховик
понёс беднягу –
туда, где тайны эвольвент,
свободы степень,
где не нахален рудимент,
а раболепен.
Где кинематика проста,
и сопряженье,
улыбкой тронуты уста
без напряженья.
Где эластичность правит бал,
и к чёрту ломкость!
Сосед по стенке постучал –
убавьте громкость.
Гнусавый голос Адамо,
снег аморальный;
и укоризненный в трюмо –
твой взгляд прощальный.
И вот часов печальный бой –
как взгляд с карниза,
ты исчезаешь, и с тобой
мои эскизы. |
