В саду, где орбиты планет — как лианы,
Свисают с карнизов остывших светил,
Слепой архитектор латает изъяны
Того, что когда-то в бреду воплотил.
Он вправил в границы раскаты цунами,
Спаял в монолиты осколки зеркал.
Там время, зажатое между осями,
Застыло, приняв идеальный овал.
Мы ищем ответы в полосках штрих-кода,
На коже вселенной, натянутой в звон.
Но наша свобода — лишь выдох азота,
Ошибка в расчетах, пустой электрон.
Когда он устанет и выключит схему,
Свернув горизонт в свинцовый рулон,
Мы станем эстампом, попавшим в систему,
Который никем и нигде не прочтён.
|
