Непрерывность «Я» — это юридическая фикция.
Удобная ложь, чтобы паспорт имел смысл,
а у преступлений не истекал срок давности.
Но материя не знает лояльности.
Это происходит тихо, без крови и швов.
Мягкий, невидимый переворот:
за семь лет я полностью сменил экипаж.
Каждый белок, каждый атом кальция в кости —
это новобранцы, не знавшие тебя.
Я смотрю на снимок семилетней давности.
Тот, кто стоит рядом с тобой, держа тебя за плечо, —
мёртв.
Он полностью, молекулярно выбыл.
Его кожа стала пылью в коврах,
водой в канализации, паром.
Я — его неавторизованная копия.
Самозванец, унаследовавший его имя,
его номер счета
и обещание любить тебя вечно.
Но мои губы, произносящие клятву сейчас,
не состоят из той плоти, что клялась тогда.
Я плачу по чужим счетам.
Я симулирую страсть того, другого,
которого я постепенно вытеснил,
выжил из собственного тела.
Ты спишь и думаешь, что судно вернулось в порт.
Ты не видишь подмены досок.
Гниль зачищена, парус перешит, киль новый.
Это Корабль Тесея,
идеально отреставрированный обман.
Трагедия не в том, что чувства уходят.
Трагедия в том, что нейроны —
единственное в нас, что почти не меняется.
Тело — предатель. Оно уже новое, свободное, чистое.
А память — старая, ржавая цепь,
которая намертво держит
этот чужой, обновленный корабль
у давно сгоревшего
пирса.
|