Неповторимый запах - духи наверно,
Красное платье, к тому же, нахально ярко.
Стильная штучка в скверной морской таверне,
В перекосившейся старой больной хибарке.
Дряхлые балки нависли, сдавили грузом,
По потолку вперевалку крадутся тени,
Сип самовара в углу с неподъёмным пузом,
Вспышки шипящих искр на гнилых поленьях.
Низкие окна вогнули кривые спины,
Пялят глазницы печально и тускло-слепо,
В грубых пазах столов пролегли морщины,
Жалобно створки скрипят под напором ветра.
Хрупкие пальчики лепят из хлеба шарик.
Блик маникюра, тускнея, катает мякиш.
Круг отщепенцев болтлив, ограничен, жалок,
Немногословно ворчанье зависших клавиш.
Падают ноты, в стекло ударяясь грозно,
Так же фальшивы, тревожны и так нелепы.
Нет кораблей на рейде. Скрывая звёзды,
Ночь распластала шаль на бездонном небе.
Нет не одна: собеседник сидит напротив,
Жирные щёки, лоснясь, оттянули брыли.
Жмуря глаза, улыбается злобный гоблин,
Непотопляем, уверен в звериной силе.
Это его: хрупкий стан, шея, грудь и бёдра.
Платье, и всё, что под ним - то его добыча.
Страх неизвестности душит, вползая коброй,
Давит в груди, беспрестанно в межрёбье тычет.
Рыжие волосы падают вниз каскадом.
Страшно тебе, залетевшей в силки жар-птице.
Розовый жемчуг с дешёвой подделкой рядом.
Выбраться, вырваться. Вдруг, это просто снится.
|
