Rainer Maria Rilke. Herbsttag
Herr, es ist Zeit. Der Sommer war sehr groß.
Leg deinen Schatten auf die Sonnenuhren, *
und auf den Fluren lass die Winde los.
Befiehl den letzten Früchten, voll zu sein;
gib ihnen noch zwei südlichere Tage,
dränge sie zur Vollendung hin, und jage
die letzte Süße in den schweren Wein.
Wer jetzt kein Haus hat, baut sich keines mehr.
Wer jetzt allein ist, wird es lange bleiben,
wird wachen, lesen, lange Briefe schreiben
und wird in den Alleen hin und her
unruhig wandern, wenn die Blätter treiben.
Подстрочник:
Господи, время пришло. Лето было прекрасным.
Положи свою тень на солнечные часы,
и пусть ветры гуляют по полям.
Прикажи последним плодам созреть;
дай им еще два южных дня,
подтолкни их к совершенству и влей
последнюю сладость в тяжелое вино.
Кто сейчас без дома, тот его уже не построит.
Кто сейчас одинок, тот надолго им останется,
будет бодрствовать, читать, писать длинные письма
и будет беспокойно бродить взад и вперед
по аллеям, когда опадают листья.
Мой перевод:
Господь, пора. Тянулось долго лето.
Оставив тень на солнечных часах,
Пусти ветра в полях встречать рассветы.
Вели плодам наполниться до дна;
Два южных дня добавь им для блаженства,
Чтобы они, дошли до совершенства,
Усилив сладость крепкого вина.
Без крова жившим, поздно строить дом,
Кто одинок, смириться с этим надо;
Пускай находит в чтении отраду,
Сидит, без сна, ночами над письмом,
По саду бродит в пору листопада.
старый вариант
Господь, пора кончаться летним дням.
Оставив тень на солнечных часах,
В полях дай волю погулять ветрам.
Вели плодам наполниться до дна;
Два южных дня добавь им для блаженства,
Чтобы они, дойдя до совершенства,
Порадовал нас сладостью вина.
Без крова жившим, поздно строить дом,
Кто одинок, смириться с этим надо;
Пускай находит в чтении отраду,
Гуляет по аллеям, над письмом
Сидит без сна, под шорох листопада.
Райнер Мария Рильке. Осень
Осень
С бездонной выси падает листва,
Как будто небо – сад в час увяданья,
Лист падает, полёт - жест отрицанья.
У звёзд с землёю ночью расставанье -
Летит одна, не чувствуя родства.
Все падаем. В паденье каждый взмах,
И всё ж есть тот, кто каждое паденье
Оберегает, при его движенье,
Храня надёжно в ласковых руках.
|
