Стекло течёт — и город в нём плывёт.
Дождь запинается, как речь на полуслове.
Мы заперлись. И тишина прядёт
Не время — паутину между нами.
Мы врозь лежим. Твоя спина — стена.
На подушке — вмятина-улика.
Твой смех сломался, не найдя дна,
И эхом не вернулся — только криком.
Я помню вкус не вин, а долгих пауз,
Когда слова уже не зачинаются.
Мы тянем ночь, как хирургический шнур,
Что режет плоть, но не решается порваться.
Сон наступает. Но не для двоих:
В нём кто-то дышит, нас там нет в помине.
А завтра ждёт, не открывая дверь,
Как тот, кто всё решил — и не ошиблись.
Не войдёт. Не хлопнет. Не спасёт.
Ни жеста, ни последнего прости.
Мы встанем — каждый сам себе — и вот:
Дверь закрывается. Ни звука. Ни пыли.
|
