СМИ из всех утюгов ежедневно настырно твердят,
льют, как воду по самую крышку в походную флягу,
то, что он мне родня, хоть и сволочь, но всё-таки, брат –
просто, сбился с пути под двухцветным петлюровским флагом.
То, что накрепко судьбы связала незримая нить,
узы крови крепки и в единого веруем Бога.
Я свечу бы поставил с молитвой «Спаси – сохрани...»
чтобы «братские» наши не пересекались дороги.
Память держит в архивах под грифом «Без давности лет»
ярко-рыжие всполохи в небе, раскрашенном в полночь...
и прошитый осколками мин и снарядов рассвет...
и в кварталах безлюдных сгоревшего пороха горечь...
В не зашитой бронёю асфальтовой коже земля
не взорвавшихся мин приютила пилюли со смертью.
А рубцы на калеках – берёзах, клёнах и тополях
стали вечным свидетельством «дружеских братских» отметин.
Колыбельные песни по-братски трещал автомат –
нет ни пяди земли, за которую крови не пролито.
Здесь иссохшими глотками – соплами краны хрипят
в след звериному семени Каина «Будьте вы прокляты...»
Время ран зашивает края, торопясь, на бегу,
обожжённых и стреляных, резаных, колотых, рваных.
И досадно до крика, что в честь украинских иуд
жгут молельные свечи в помин всепрощающе в храмах.
Если есть ты... Слышишь, Господь?! пусть отсохнет рука,
занесённая в крестном знаменье во имя убийцы!
Чтоб молитва за них стала ядом, слетев с языка
и кислотным дождём пролилась на их «братские» лица!
В нас родства нет ни капли, мне чужд их гортанный язык,
идеалы, обычаи, песни, традиции, платья...
Пусть на их и на здешних иконах Спасителя лик,
идентичен, близнец, под копирку – они мне не братья...
Они мне не братья...
|
