А был простым он раньше «дровосеком».
Подначивал друзей с беззлобным смехом.
Рубил он вирши своим шершавым языком -
Тупым и ржавым, без топорища топором.
И вынес их, корявые, в Поэтов двор,
Как снежный человек, спустившись с гор.
Как наждаком прошелся по Поэтам,
Теории поэзии и установленным заветам.
Закровоточили легкоранимые их души.
От слов тех неотесанных повяли уши.
…
ТОГДА :
Купил, по случаю, «ПЕГАСА» у цыгана.
Божился тот чернявый: «Все без обмана «.
И плодовитым был чужой «ПЕГАС»,
Он выдавал по пять стихов за час.
И правил он размер и нужный слог.
Затем он, Сивогривый, зачах и занемог.
Ведь трудно быть провидцем и «Творцом».
А Жизнь кипит и бьет большим «ключом».
Больнее норовит и все по бедной голове.
Лишь шишки, синяки и раны на душе.
Рвут перья с крыл. И критиканы на хвостах.
Узда. Копыта не подкованы. И путы на ногах.
|
Послесловие:
А может быть податься в «Прозу»?
Но там по слухам и прогнозу –
Висит не меньшая угроза.
И там в избыток куч навоза
Вонзает критик свои вилы.
Рвет у прозаиков все жилы.
Куда не сунься – всюду ГРАБЛИ,
Что в голове звучат ансамбли.
На лбу уж шишек синих дубли.
Везде пылают жаром … УГЛИ …
