Произведение «Марат» (страница 1 из 7)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Повесть
Темы: Короткая повесть
Сборник: Старые тетради
Автор:
Баллы: 36
Читатели: 2652 +2
Дата:
Предисловие:
Иссык-Куль




Несколько слов от автора.

    Я всегда помнил об этой рукописи… Иногда, перебирая старые архивы, я случайно обнаруживал её в одной из перевязанных тесёмкой папок. Перелистывал, грустил и отправлял обратно. Время шло, тетрадные листки ветшали, папка желтела и потихоньку пропитывалась пылью. Потом были переезды, яркие, и не очень, события и т.д. и т.п.  Минули десятилетия. Жизнь шла своим чередом. Но папка со старой рукописью больше не попадалась мне на глаза. И когда я уже почти смирился с досадной и невосполнимой потерей, она, странным образом, нашлась. Не стану утомлять читателя подробными описаниями последующих событий, скажу только, что проделав путь в несколько тысяч километров, старая и по-особому дорогая мне рукопись, вновь обрела своего счастливого хозяина.  Почти ничего не меняя и желая сохранить свежесть и непосредственность юношеского, из тех дальних лет,  восприятия, я решил воспользоваться современными техническими достижениями нашего мира и дать своей, так долго ждавшей этого часа рукописи, вторую жизнь…
   

Марат

 



I


    В Ташкенте стояла невыносимая жара… Воздух был до того раскалён, что казалось, будто он обрёл форму твёрдых кристалликов, немилосердно царапающих дыхательные пути. Идти по асфальту – всё равно, что шагать по подушкам. Жарко! Бочки с квасом, автоматы, зовущие к себе надписью «Газированная вода». Спрятаться от зноя – некуда. Пить воду – бесполезно. В тени – сорок градусов.
    Марат приехал на автостанцию в половине пятого вечера, то есть за полчаса до отправления автобуса. Вернее, не один Марат, а вся его семья, да ещё и тётя с дядей, и двоюродный брат. «Неужели», - Думал Марат, - «Для того, чтобы отправить двух человек отдохнуть на горное озеро, надо их для начала помучить основательно?»  Марат постарался успокоиться, расплылся в райскую, как он полагал, улыбку и, повернувшись к матери, изрёк почти ангельским голосом:
- Ну как, бесценное старшее поколение, вы довольны, что мы приехали в это пекло на целых полчаса раньше срока? – Мама, с нечастным видом, обмахивалась совершенно бесполезным веером и даже не посмотрела в сторону сына,
- Зато уж автобус-то мы теперь наверняка не прозеваем! А между тем, можем запросто прозевать солнечный удар!
Мама хотела что-то ответить, но передумала и со стоном, измождено вздохнув, бессильно опустила руку с веером.
    Откровенно говоря, втайне Марат был вполне согласен с матерью, когда она торопила всех, чтобы «Приехали обязательно пораньше!», «Чтобы не вышло путаницы с билетами» и так далее, в том же духе. Отец отправился ловить такси, и битый час простоял под пеклом, прежде чем ему повезло договориться с одним из совершенно одуревших от зноя водителей. Таксомотор подкатил прямо к дому, и счастливое семейство загрузило его до отказа сетками, свёртками, чемоданами и можно было подумать, что не два человека, а вся семья в полном составе едет в дальние края, в неизведанные страны, где нечем питаться и вообще, страшно жить.
    Марат повернулся к брату:
- Пить хочешь?
С брата настоящим ручьями лился пот, и вид у него был совершенно потрёпанный и несчастный. Он посмотрел на Марата взглядом мученика и упавшим голосом ответил:
- Не знаю.
Марат, как это делают на Востоке, щёлкнул пальцами:
- Вот, милая мамочка, перед нами одна из жертв сегодняшнего Содома, - Он указал на брата.
- Да? – Улыбка на мамином лице, как она не старалась, не получалась.
- Да! А хочешь знать, кто будет следующей жертвой? Ею буду я!
- Ну что ж, - Не растерялась мама,
- Тогда придётся отдать твою путёвку Эллочке! – Эллочка – маленькая сестричка Марата, стояла тут же, рядом с мамой.  Она мужественно переносила палящий зной, потому что, во-первых, на голове у неё была большая белая панама, а во-вторых, она сейчас торопилась покончить с неудержимо и стремительно таявшим у неё в руках мороженым.  Частые белые капли падали на размягчённый от жары асфальт, Эллочка подставляла ладошку, быстро облизывала то, что на неё попадало, но капало  всё сильней, Эллочка не успевала и поэтому задрала голову кверху, раскрыла рот и, держа мороженое над собой, выделывала теперь самые настоящие акробатические номера. Всё лицо Эллочки стало липким и сладким, сметанистая струйка мороженого попадала куда угодно, только не в рот и Эллочка, бросив, наконец,  лакомство на дорогу, отчаянно заревела. Мама кинула на Марата испепеляющий взгляд.
    - Сынок, чего ты всё бубнишь и ругаешься? Вон он, твой автобус, выруливает уже. Сейчас подойдёт… - Это сказал отец Марата, мужчина средних лет, с крепкой, сильной фигурой и большими, мозолистыми руками. На Марата его слова произвели впечатление, и он с радостным нетерпением впился глазами в приближающийся автобус. Отец скользнул взглядом по сыну, тихо вздохнул и подумал о том, что, пожалуй, с его стороны было форменным безрассудством отправлять в дальнюю дорогу  неоперившегося юношу, которому совсем недавно минуло всего только восемнадцать лет. Хотя сам Марат придерживался на этот счёт противоположного мнения и категорически заявлял, что ему не ещё, а уже восемнадцать, что через какие-то два года (какой ужас!) он разменяет третий десяток, что жизнь (его жизнь!) проходит, стремительно проносится мимо, а его всё пытаются  всякими хитроумными способами задержать во младенчестве  и лишают необходимой для нормальной жизни самостоятельности. Марат любил своих родителей, но, как и любой юноша считал, что его излишне опекают. Однажды он случайно услышал, как отец сказал маме:
- Я не видел детства. Да и у тебя его не было. Потому, что мы были детьми войны. А у них, слава богу, детство есть. Знаешь, я им даже немного завидую… Но я счастлив, потому, что они – мои дети. И потому, что я – их отец…
    Марат был в соседней комнате, и родители не знали, что он их слышит. Марату тогда почему-то захотелось крепко обнять отца с матерью и его внезапно пронзило острое чувство бескрайней любви к ним. В горле запершило, на глаза навернулись слёзы и Марат, странно смутившись от нахлынувших на него переживаний, вместо того, чтобы кинуться в объятия самых близких и любимых людей, по-тихому ретировался и вышел из комнаты незамеченным. Но у него было светло на душе. И хорошо…
    А сейчас он, впервые в своей жизни, едет отдыхать на Иссык-Куль! По путёвке. Как самый настоящий взрослый! Едет, между прочим, самостоятельно, если, конечно, не считать двоюродной сестры Марины, которая была старше его на целых пять лет. Надо сказать, что ей доставляло садистское удовольствие громогласно обещать провожающим их родным, что с "Маратиком, нашим маленьким Маратиком, ничего дурного не случится". Потому, что она, видите ли, везде будет водить его за руку и никуда его далеко от себя не отпустит. Марат скрежетал зубами и кисло улыбался. Потом решил про себя, что самым правильным в данной ситуации будет снисходительное игнорирование любых выпадов старшей сестры.
    Равнодушный голос в хрипящем репродукторе сообщил, что начинается посадка на автобус, следующий маршрутом Ташкент – Чолпон-Ата. Сердце Марата заколотилось сильнее, но внешне он ничем не выдавал своего волнения. Во всяком случае, так ему казалось. Началось самое тяжёлое для Марата время – время прощания. С отцом, с матерью, с сестрёнкой, с дядей, тётей и двоюродным братом. Он стоически, с самым серьёзным выражением лица, убеждал провожавших его родных, что будет умным, что будет писать домой каждый день, что не станет заплывать далеко от берега, так, самую малость, по пояс только, что будет разборчив в новых знакомствах, что не будет поддаваться ни на какие провокации, что… Словом, Марат держался молодцом. Стрелки часов ползли вперёд невыносимо медленно. Должно быть, время плавилось в этот знойный летний день точно так же, как и всё вокруг. Марат то и дело посматривал на часы. Но это не помогало. Неизвестно откуда появилась бутылка лимонада, и он разом вылил в себя её тёплое и невкусное содержимое. Наконец, бесстрастный голос в немилосердно трещащем репродукторе оповестил изнемогающую от огнедышащего пекла  отъезжающую и провожающую публику, что автобус, следующий рейсом Ташкент – Чолпон-Ата, отправляется. Марат едва  удержался, чтобы не прокричать громкое "Ура". Со вздохом облегчения он запрыгнул в автобус, упал на раскалённое сиденье и замер в ожидании отъезда. И вот она, долгожданная минута! Икарус вырулил на дорогу и просигналив на прощание из последних сил махавшим руками провожающим, помчался вперёд. Марат включил вентиляцию прямо над собой, то же самое проделали уже ничего почти не соображающие от жары пассажиры, и салон автобуса понемногу стал наполняться упоительной прохладой. Марат снял рубашку. Марина, сидевшая рядом, пыталась было что-то возразить, но на Марата, понятное дело, её слова не произвели никакого впечатления. Кто-то на заднем сиденье заиграл на гитаре. Хором затянули "Дорожную" из кинофильма "Белый рояль". Марат был счастлив. Он – студент, сессия сдана на отлично, он благополучно перешёл на следующий курс и ему только что минуло восемнадцать лет! Самое время выбрать себе дорогу в жизни, наметить, как писал Александр Грин, путь для мечты. Да… Целый год, то есть полный учебный курс пролетел незаметно. Хотя и был наполнен до краёв разными событиями. Такими темпами недалеко и до дипломной работы! Это же здорово! Было весело. Но и немного грустно. Хотя, какая же может быть грусть, если впереди – Иссык-Куль! Поэтому Марат был более радостен, чем грустен. Дорога стелилась  весёлой лентой, пейзажи, едва выехали за город, открывались прямо-таки завораживающие и, самое главное, самое невероятное, самое фантастическое, впереди был Иссык-Куль! Марат, глядя в окно, расслабленно улыбался. Острым локтём Марина больно толкнула его в бок:
- Ты что, не слышишь? Эй! Отрок! Есть хочешь? – Она уже уписывала за обе щёки сладкие пирожки собственного приготовления и запивала  их горячим молоком, подливаемым в объёмистую кружку из огромного и цветастого китайского термоса. Марат, не хуже  заправского лицедея, состроил восхитительную гримасу и выразил бесконечное сожаление, что не обладает, как некоторые,  таким неистребляемым, даже адской жарой, аппетитом и таким непробиваемым хладнокровием перед романтическим путешествием. В ответ она только пожала плечами и полезла в сумку за очередным пирожком. Марат, на всякий случай опасливо прикрывая левой рукой потревоженный бок, опять повернулся к окну. Мелькали выстроившиеся вдоль дороги, словно сказочные часовые, стройные тополя. Домов за окном становилось всё меньше. Постепенно пейзаж сменился упирающимися в самый горизонт выжженными солнцем степными просторами. Город остался далеко позади.

II


    Марат крепко спал, когда автобус доставил пассажиров к месту назначения. Марина растолкала брата:
- Вставай, засоня, приехали!
Марат протёр глаза.
- А который час?
- Не знаю.
- У тебя же часы на руках!
- У тебя тоже!
- Ты меня так пихнула в бок, что мои встали!
Марина стала похожа на взбешенную тигрицу.
- Бери вещи и пошли! – Марат повиновался.
    Вот он, пансионат! Беленькие домики, словно стайка чаек, уютно устроились у подножия величественной горы. Марат окидывал пространство восторженным взглядом. Слева от пансионата очаровывала сказочной красотой самая настоящая берёзовая роща! Такие деревья не росли в местности, откуда был родом наш герой, тамошний климат угнетал этих кудрявых красавиц и попросту был для них неприемлем. Другое дело – здесь, в условиях горного озера, в чистой и прохладной атмосфере этого заповедного края! Однако Марат, сколько не вертел головой, не видел самого озера. Он озадаченно посмотрел на сестру:
- Где же он, Иссык-Куль?
- Здесь! – Марина лукаво подмигнула. Она уже отдыхала в этом самом пансионате в прошлом году. Марат, почувствовав, что своим вопросом, возможно, или даже, скорее всего, ставит сестру выше себя, небрежно обронил:
- Я только хотел узнать, озеро справа, или слева. А то, что оно здесь, я и без тебя знаю.
Марина рассмеялась, и Марат мог бы поклясться, что рассмеялась она самым ехидным образом:
- А оно – и слева, и справа, и спереди!
У Марата появилось чувство, что ему плюнули в душу. Он взвалил на себя вещи и пошёл вслед за весело и уверенно вышагивающей сестрой.
    Их


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Обсуждение
     00:05 27.12.2017
Так трогательно...
     10:07 03.07.2014 (1)
1
Очень, интересно, не все успела прочитать,   только 2 части, дочитаю обязательно, так здорово   написано! С теплом, Галина.
     10:54 03.07.2014
Спасибо, Галина! Рад Вашему вниманию!
     20:22 29.03.2013 (1)
1
У Вас здорово получаются диалоги! Легко, как игра в настольный теннис: вопрос-ответ-вопрос-ответ... Непринужденно.
Неужели это вещь написана давно?! Такие философские и зрелые мысли - про юность и корни.
И замаячила прекрасная незнакомка, и появились стихи)))
Автобиографичное повествование?! Ну, хоть немного?!)))
     20:34 29.03.2013
1
А то!
"Я гипотез не измышляю!"
Елена, я теперь не отстану. К роману не буду отсылать, но почитайте, например, "Горы и сновиденья". В свободное от работы время.

А "Марат" написан давно. Честное слово!
     19:01 28.03.2013 (1)
1
Вот, опять я.
Мне кажется, старый лодочник - это душа Иссык- Куля. Загадочный персонаж.
Ужасно понравилось упоминание о бабайке! Таким детством повеяло... "Уходи, бабайка, я хорошая!"
А "кудрявый фитиль" вам, Ильдар, симпатии не внушает - так мне показалось)
Про кладбище написали так, что страшно не только Марату стало... Мне тоже)
     07:26 29.03.2013
1
Спасибо, Елена!
Вы - званый гость! (Стало быть - лучше татарина  ).

     22:42 27.03.2013 (1)
1
Не все прочитала, но от комментария не удержалась!
Буду лаконична и строга)
Во-первых, совершенно потрясающая картинка! Небо и озеро просто ослепляют своей синевой! Красота какая!
Во-вторых, сделала вывод, что Вы, Ильдар, любите Александра Грина) Так ли это? Или мне что-то такое гриновское только почудилось?!)
В-третьих, задумалась сейчас - почему люди в дороге постоянно едят? То пирожки, то курица - непременно жареная)
Буду читать Вас частями, не торопясь и наслаждаясь каждым словом!
     23:08 27.03.2013
1
Спасибо!..
1. "Вживую" Иссык-Куль впечатляет гораздо более любой, даже самой удачной фотографии.
2. Отношение к А. Грину в том возрасте было не просто восторженное, оно граничило с обожанием.
3. Я над этим тоже не раз задумывался. Это, должно быть, нервное.  
Это я в унисон Вашему лаконизму.  
И я очень рад, что меня читают. Хоть частями, хоть кусочками, хоть крохами. Главное - читают!
Только имейте в виду, что это были первые юношеские опыты.
 
     20:53 03.09.2011 (1)
1
"... Над головой простиралось настоящее звёздное безумие. Мир был прекрасен! "

Меня так пленило словосочетание "звёздное безумие", что я не удержалась от написания комментария.
А продолжение..?
Будет ли продолжение, ведь они обменялись адресами...
     08:24 04.09.2011
Спасибо!..
Знаете, почти после каждого Вашего комментария к моим творческим потугам, я самым искренним образом сокрушаюсь, что не в состоянии написать что-нибудь наподобие "Войны и мира"  

Продолжение... Слишком давно это было написано. Сейчас уже совершенно другой уровень восприятия, окружающий мир теперь преломляется и отражается сознанием совершенно иначе. Я даже не уверен, правильно ли я поступил, внеся в свой юношеский текст кое-какие исправления. Более того, несколько страниц, которые, как мне показалось, были чрезмерно перегружены всяческими, вызывающими теперь снисходительную улыбку, "ахами" и "охами", пришлось выкинуть совсем. Поэтому, на мой взгляд, из затеи с продолжением  ничего хорошего не получится. С другой стороны, можно рассматривать всё моё творчество, как продолжение того самого "Марата".
Никак не могу вернуться к "Музею...". Но, когда вернусь, обещаю "пленять" Вас и дальше!
Книга автора
Предел совершенства 
 Автор: Олька Черных
Реклама