Произведение «Ударенный» (страница 1 из 2)
Тип: Произведение
Раздел: По жанрам
Тематика: Рассказ
Автор:
Оценка редколлегии: 8.9
Баллы: 4
Читатели: 79 +1
Дата:
Предисловие:
Мы не маги, потому что мешаем друг дружке буквально во всем...

Ударенный

- Вы говнюки! – яростно сверкнула очками литричка на свой класс, - Вам даже сказано было, где металлолом можно набрать! Но вам все… Ну, ничего, комсомола вы у меня в этом году не увидите. Воронин, к доске!!!
Грузно скрипнув, над партой завис полусогнувшийся дылда, скосив обиженный взгляд из-под бровей.
- Я стих не выучил, Тамара Ник…
- Дневник! И родителей завтра!
Позади тощий паренек двинул локтем своего атлетически скроенного соседа:
- Ну, что, Саня! Говорил тебе на зоологии, что его Тамара вызовет?
- А может вы с Тамарой сговорились?
- Ты чо, псих?
- Ну, ладно, отгадал! А что еще сегодня случится?
Паренек вздохнул и, чуть поколебавшись, выдал:
- Сегодня родится девчонка, с которой у меня аж через 25 лет будет крутая любовь…
Саня бросил оценивающий взгляд и ехидно осклабился.
- Ты даешь! У тебя еще голова не прошла, наверное!.. Думаешь, проживешь еще так долго?
- Хочешь, скажу, когда мы сдохнем?
Санина улыбка заледенела и он слегка задумался.
- Неа, лучше не надо! Но ты, вроде, не очень рад?
- Она кинет меня!
- Ха! А я ее предков знаю?
- Нет, она совсем в другом городе.
- Ладно, а щас кого вызовут?
- Наташку.
Саня невольно обернулся.
Литричка с силой хлопнула отяжеленным двойкой дневником по столу.
- Если сегодня за стих будет больше пяти двоек, я вам устрою открытое родительское собрание! Жданова, к доске!
- Ну ни фига себе!... – Саня заметно побледнел.
Наташка упоенно декламировала, устремив взгляд вовнутрь, как будто читая там.
- Тут и я отгадать могу, что пятерка, - наконец с завистью вздохнул Саня.
- Сегодня пятерки никто не получит.
- Ты потому такой кислый, что всегда знаешь, чем все хорошее кончается?
- Да? А кто этого не знает? Все хорошее когда-нибудь кончается.
- Ну, ты даешь! А я предпочитаю думать, что все плохое когда-нибудь кончается! И что, коммунизм тоже кончится?
- А он и не начнется...
- Ни фига себе… хочешь сказать, в восьмидесятом его не будет? Вот, даже в день пионерии бесплатный проезд был!
- Зато у тебя на столе будет такой робот с экраном, в котором больше ста обалденных цветных фантастических фильмов, сколько угодно музыки, и ты…  знаешь, ты ведь сам классную музыку сочинять будешь!
- Я?? Я же ни на чем играть не учусь!
- В том роботе - целый оркестр и… и даже то, что ни один оркестр сыграть не сможет…
- Ну, ты чудик!
- Да, классный у тебя будет робот! Ты сможешь разговаривать с любым человеком на Земле и видеть его на экране в это время!
- Так это и есть коммунизм, балда! – Саня облегченно вздохнул, - У всех всего навалом, и все радуются!
- Да, много чего будет, вот только радости не станет больше, чем сейчас…
- Почему это? Я бы радовался!
- Все станет привычно и неинтересно. Задаром ничего не будет. Всем придется думать, как бы побольше заработать.
- Фигня какая! Тебя б Тамара убила, если бы услышала!
Саня ногтем принялся сосредоточено выцарапывать на податливой краске дулю, обращенную в сторону товарища, вполуха ведя счет двойкам за невыученный стих. Потом с интересом повернулся к нему.
- И что, будут бедные и богатые?
- Ага.
- Если ты все знаешь, что будет, то, наверное, можешь прикинуть, как стать богатым?
- Могу.
- Давай станем и все! Что мы должны делать?
- Вот блин…
- Что?
- Вот же блин… Если мы с тобой этим займемся то, получается, что ты подговоришь бандитов и меня убьют…
- Ни хрена себе… Ты чо, совсем псих? Бандиты при коммунизме?
- Мы будем заниматься этим в твоем городе и…
- В каком таком моем городе? – Саня с явным опасением посматривал на товарища.
- Через пять лет твои предки увезут тебя жить в другой город… Нет, уже через три года: ты им сегодня проболтаешься.
- А если не проболтаюсь?
- Тогда через пять… Но ты проболтаешься.
- Почему?
- Не знаю. Может тебе очень захочется убедиться, что уедите через три года?
- Пономарев!!!
Саня подтолкнул в бок отвлекшегося товарища. Тот торопливо вскочил.
- К доске! Что, стоишь и моргаешь?
- Я не выучил, Тамара Николаевна…
- И почему же? Только не ссылайся, пожалуйста, на то, что недавно из больницы выписался!
- Просто не выучил…
- Все!!! – литричка победно выскочила из-за стола, - В субботу к пяти часам все приходят с родителями!
- А чо ты себя не предвидел? – с облегчением позлорадствовал Саня.
- Я такое, блин, про себя уже предвидел, что по сравнению… короче, на мелочи уже внимания не обращаю. Кстати, сейчас, самое интересное, под Тамарой стул развалится.
- Если развалится, с меня мороженое!
- Ладно!
- Пономарев, встать!!!
- Что, Тамара Николаевна?
- Ты что, болтать сюда пришел??? Тебе мало двойки по литературе? Хочешь еще по поведению?
- А что? Вроде никому не мешаю, никого говнюками не обзываю…
- Что???!!! Вот вы как?..
Наступила минута абсолютного молчания. Где-то за окном с глупой беззаботностью чирикали птицы, ласково светило солнце, ветерок легонько стучал кончиком ветки в стекло и это казалось ужасно неуместной вольностью с его стороны. Потому, что по эту сторону стекла царили страх и оцепенение.
Пальцы литрички скрючились на толстом классном журнале, она остервенело подняла его над головой и с ужасающей силой грохнула об стол. Очки слетели следом с ее носа, и весь класс вздрогнул одновременно. По щеке Наташи Ждановой скатилась непрошенная слезинка.
- Ты никогда не будешь в комсомоле!!!
С этим ужасающим проклятием литричка со всего маха уселась на стул, задняя ножка визгливо скрипнула и отлетела. Бесконечно долгое мгновение толстое тело откидывалось назад, задирая ноги и руки, окончательно уничтожая собой конструкцию стула. Как только движение завершилось, раздался пронзительный звонок на большую перемену.

В буфете они купили по пирожку с повидлом.
- Витек, - с уважительным заискиванием промямлил Саня, пережевывая первый большой кусок.
- Чо?
- Как ты это делаешь?
Пономарев тяжко вздохнул.
- Ну, ты ж понял, что это у меня после удара?
- Ясно, что после. Дар после удара, - подмигнул Саня, - Ты же как-то конкретно это делаешь?
- Ладно. Расскажу. Что интересно, так я не вижу почему-то чем это кончится. Но вижу, что ты поймешь. Кстати, я уже лучше научился управлять этим: я видел, что нужно сказать, чтобы все с Тамарой получилось именно так. С тебя мороженое, за 22 копейки!
- Будет! – Саня откусил второй большой кусок пирожка, - Ну, ты это... расскажи!
Витек сначала тоже откусил большой кусок пирожка и принялся жевать, деловито перекатывая вздувающиеся щеки.
- Вообще это – очень просто, - зашепелявил он с набитым ртом, - нужно настроиться по-особому. Типа задуматься об определенных вещах. Если бы у меня голова не поплыла тогда, я б никогда не допер об этом задуматься.
- О чем конкретно, Витек? – с проникновенной настойчивостью осведомился Саня.
- Ладно, представь себе, что…
Когда пирожки были съедены, Саня явно преобразился. Чуть ссутулился и слегка помрачнел. Они молча поплелись в класс, и Витек с сочувственным пониманием не мешал процессу превращения товарища в новое качество.
Подходя к двери спортзала, Саня внезапно замер как вкопанный. Дверь тут же с грохотом распахнулась, оттуда выскочил качок-Мишка с 9-го Б, налетел на Витька и они неудержимо покатились по коридору.
- Вот, блин! – Витек первым вскочил, ошалело озираясь и отряхивая руками одежду, - Ты, Медведь, блин, смотри куда прешь!
Медведь грузно поднялся и опасно ссутулился.
- Ты мне, что ли, сопля?
Саня примирительно загоготал, разряжая ситуацию, Медведь чуть замешкался, взвешивая, стоят эти прыщи его внимания, и нетерпеливо рванул дальше, гулко топая по коридору.
- Он на тебя должен был налететь! – укоризненно заметил Витек.
- Ну, да. Поэтому я и остановился.
Витек промолчал, удивленный еще не вполне оформившимся нехорошим предчувствием.

С первыми же звуками звонка последнего урока, запустившего могучий рефлекс коллективного бессознательного, толпа ревущей стихией хлынула из узкой двери школы, вынося истошно визжащих девчонок и недостаточно осторожных учителей.
Теплый, прекрасный день вдохновлял деток необузданно радоваться жизни.
У забора, на клумбе за кустами акации, группа старшеклассников увлеченно избивала учителя физкультуры по прозвищу Циклоп. Тот неуклюже поворачивался и махал лапищами во все стороны.
Поодаль тщедушные самоделкины сосредоточено копались в круто вздымающейся ржавой горе металлолома.
Тощая ботаничка жизнерадостно тянула через весь двор длиннющую кишку поливального шланга, оптимистично надеясь вставить ее в руки кому-нибудь из зазевавшихся учеников, но дураков не было.
- Мороженое мне можно купить в киоске за гастрономом! – напомнил было Витек, но осекся, заметив нахальную морду товарища: они одновременно осознали, что этот киоск безнадежно закрыт. Другой же ближайший находился аж на площади у кинотеатра.
- Валим быстрее, нас ботаничка увидела! – предостерег Саня и они поспешили за школьные ворота.
- Смотри, что Танька опять напялила! – с ханжеским смущением усмехнулся Витек, показывая на идущую впереди первую школьную красавицу, за которой, как бы невзначай, тянулись группки безвольных воздыхателей. Рядом с разодетой в странный розовый костюмчик Танькой монументально следовал высокий Альберт-футболист из сборной шефского завода, в одной руке держа на одном пальце ее портфель, а другую по-хозяйски положив ей на шею. Танькин костюмчик был с негодованием объявлен историчкой тлетворным исчадием запада, но попытки сгоряча заставить немедленно снять его, к радости замершего в безумной надежде мальчишеского контингента, окончились лишь дальнейшей эскалацией застарелой холодной войны между прогрессивным коллективом учительской и загнивающей Танькой.
Саня чуть прикрыл глаза, прикидывая пути ее судьбы, и тут же испугано тряхнул головой. Витек в свою очередь сосредоточился на предчувствии и тоже содрогнулся от накатившего видения.
- Ни фига себе!... – ошеломленно проговорил он.
- Вот и допрыгалась! – с горечью констатировал Саня, совершенно потрясенный все еще стоящей перед глазами картиной.
- Она же не виновата! – возразил Витек, - Любому может кирпич на голову упасть.
- Нет уж, - убежденно отмахнулся Саня, - я, например, не хожу там, где кирпичи падают. А что ты ее защищаешь? Влюбился что ли?
- Я? Влюбился?! – Витек даже приостановился от возмущения, но взял себя в руки.
- Что ты вообще такое говоришь, Саня?! Тут с человеком горе, а ты…
- Да ладно тебе. Может мне тоже ее жалко… Теперь, Витек, я начинаю понимать, почему ты такой кислый в последнее время…
- Если честно, то я уже стараюсь пореже заглядывать туда… Это ты еще не наигрался.
- Интересно, мы можем как-нибудь спасти Таньку?
- Как?
- Ну, ты вот определил же, что нужно сказать, чтобы Тамара со стула свалилась. Может быть, тоже можно что-то такое сделать?
- Например, я сейчас подхожу и пинаю этого козла под зад… - прошипел Витек, но тут же болезненно поморщился и невольно потрогал свою челюсть, - Нет, не то…
- А если я напишу ей обалденное послание? - подхватил Саня, и тут же его рука непроизвольно повторила движение Витька, - Надо же, какой он псих агрессивный!
- Да, так сразу не придумаешь. Давай дома каждый посмотрит разные варианты, а завтра прикинем, какой лучше. Мы, Саня, ведь только начинаем учиться дар использовать, а что завтра будет?
У Сани в глазах заискрились мечтательные отблески чудесных возможностей. Он горячо двинул в плечо товарища.
-


Оценка произведения:
Разное:
Реклама
Обсуждение
Комментариев нет
Реклама